позже. – Твои родители маги, и они не смогли спастись? – он смотрел на меня с недоверием. – Я не знаю. – Выдохнула резко. – Не понимаю, зачем им понадобилось отправляться в море, не представляю, что могло их побудить это сделать. Я только поступила в академию, а спустя месяц пришло сообщение об их смерти. – Помню, ты долго ходила в черном платье, – неожиданно произнес Нейтон. Вскинула на него недоуменный взгляд. – Ты выделялась среди остальных. Черное платье, светлые волосы. – На меня показывали пальцами, – угрюмо согласилась с ним. О первых месяцах в академии гнала воспоминания. Тоска по родным смешивалась с обидой на тех, кто поддразнивал меня из-за траура в одежде. А мне радоваться совершенно было нечему. Родители оплатили обучение за год, оставленных ими средств хватило на оплату до окончания академии. Дальше мне предстояло найти место в жизни самой. Простой выход – вернуться на маяк и заменить родителей, для меня был неприемлем. Слишком много воспоминаний, уединенность места, где когда-то мы жили счастливо. В то время мы с Марком сошлись близко. Он отнесся с пониманием к моему горю. Как я позже узнала, друг кое с кем переговорил из студентов, и вскоре на меня махнули рукой. Постепенно учеба вытеснила воспоминания, и я стала думать о будущем, перестав оглядываться на прошлое. – Жаль я не знал, – задумчиво протянул Нейтон. – Откуда? – пожала плечами. – Тебя окружали поклонницы и друзья-боевики. Странно, что ты вообще меня запомнил. – На новые лица всегда обращаешь внимание, а ты выделялась среди остальных, – спокойно произнес Лекрам. Наверное, ожидал увидеть в толпах поклонниц, а не случилось. Вот и заинтересовался странной девчонкой в черном платье. – Где тебе! – махнула рукой. – С одного соревнования на другое. Только и слышала весь год – Лекрам там выступает, Нейтон снова победил. Удивительно, как ты успевал учиться, и был лучшим выпускником. Как не старалась, но в моем голосе проскользнули ядовитые нотки сарказма. Надо ли говорить, что после данного боевиком мне прозвища, поддразнивания приняли другую направленность? Мы с ним словно находились на противоположных полюсах. Он там, где слава, признание, известность, а я почти превратилась в изгоя. Только благодаря Марку и после удаления из академии непосредственного виновника моего незавидного положения, смогла найти приятелей, да и училась прилично. Конечно, мне далеко до блистательного диплома Лекрама, но заработала уважение студентов и преподавателей. – У меня не было другого выхода, – легкость тона