в Хэмптон-корт приехал отец, ему выпала честь нести на руках леди Елизавету. Но всего через несколько недель он же был одним из тех, кто нес полог над похоронными дрогами королевы Джейн. После этого Джейн, уставшая до изнеможения после двухнедельных ночных бдений у гроба, вернулась вместе с ним домой. Следующие два года Джейн провела в Большом Холлингбери, наслаждаясь тихой загородной жизнью в Эссексе, когда не гонялась за Томасом Болейном, чтобы получить от него вдовью долю наследства – доход, который Джордж в момент женитьбы отписал ей на случай своей смерти. Болейн, недовольно ворча, платил Джейн содержание, как велел король, но упорно стоял на том, что это возмещает ей вдовью долю. Потеряв терпение, Джейн пожаловалась лорду Кромвелю – теперь уже лорду – и была крайне удивлена, когда парламент издал акт, подтверждающий ее права и защищающий ее долю в нескольких манорах, которыми владели Болейны. Еще сильнее она изумилась, узнав, что акт был издан после трех чтений, состоявшихся в один день, и подписал его сам король. Мало того, его величество даровал ей два поместья в Уорикшире. Это, поняла Джейн, дальнейшее свидетельство его благодарности за помощь в избавлении от Болейнов. Купаясь в милостях короля, Джейн в декабре 1539 года вернулась ко двору служить четвертой жене короля Генриха Анне Клевской. Там она встретила леди Маргарет Дуглас и многих других знакомых дам. Особенно понравилась ей новая фрейлина, мистрис Кэтрин Говард, племянница герцога Норфолка. Кэтрин была молода, прелестна и наивна, она казалась беззащитной и уязвимой. Родители ее умерли, а приемная бабушка, в доме которой Кэтрин выросла, похоже, пренебрегала ею. Джейн взяла девушку под крыло и стала для нее наставницей; показывала, как все устроено при дворе, и писала за нее письма, заметив, что самой Кэтрин это дается с трудом. Вскоре они крепко подружились. В каком-то смысле для Джейн, а ей уже исполнился тридцать один год, Кэтрин стала дочерью, которой у нее никогда не было. 1540–1542 годы Отец приехал в Гринвич, чтобы в числе других джентльменов шествовать в процессии перед королем, когда тот официально приветствовал Анну Клевскую в Англии, для чего была устроена великолепная церемония на Блэкхите. При дворе говорили, что король уже повидался со своей новой невестой и она не произвела на него должного впечатления, но на людях он оказывал ей все положенные знаки внимания. Тем не менее вскоре стало очевидно, что не все в порядке в королевской чете. Когда отгремели свадебные торжества, безмятежная