дорожке она пошла вместе с констеблем и стражниками к эшафоту, стоявшему напротив Белой башни, и поднялась на него по ступенькам, понимая, что все глаза прикованы к ней. Тут она остановилась и замерла в неподвижности. Черная ткань, которой накрыли эшафот, была влажной; плаха и насыпанная вокруг солома вымокли. Собравшаяся в лужу вода окрасилась в розовый цвет. Джейн не сомневалась, что от крови. И чьей же, если не Кэтрин? Тут ей с острейшей ясностью представилось, какое варварство сейчас сотворят с ней. Сжавшись от ужаса, Джейн заставила себя стоять ровно. Ей говорили, что она может обратиться к тем, кто пришел посмотреть, как она умрет, но совладать с языком было очень трудно. – Я признаюсь в своих преступлениях, – запинаясь, проговорила она. – Я умру в раскаянии. Учитесь на моем примере, исправьтесь, если живете дурно, и с радостью слушайтесь во всем короля, о долгой жизни которого я от всего сердца молюсь. А теперь я предаю свою душу Богу и взываю к Его милости. Вот и все. Осталось только встать на колени и встретить свой конец. Боже правый, этого не может быть! Джейн дико огляделась вокруг. Палач кивнул в сторону плахи, но она не могла шевельнуться. Зубы ее стучали. Констебль тронул ее за руку, но она отмахнулась от него, жалобно лепеча: – Помогите мне, помогите! Нет, нет, нет, не делайте этого! – Мадам, вы должны встать на колени и подчиниться закону, – пробормотал ей в ухо констебль. Джейн уставилась на него, будто он говорил на непонятном языке. Он твердо положил руку ей на плечо и заставил опуститься на колени. Она бормотала что-то бессвязное, скованная ужасом. Потом кто-то подтолкнул ее вперед, к влажной колоде. – Нет, нет! – взвизгнула Джейн, пытаясь подняться, но те же руки удержали ее. Охваченная безумием, она не имела сил бороться. – Стойте спокойно! – резко сказал палач. – Вам же хуже, если будете дергаться. Отрывисто дыша, Джейн застыла, готовясь принять удар. Последней ее мыслью, прежде чем топор опустился, была: она заслужила смерть. Это ее кара.

Екатерина Парр

Екатерина Парр Хронология событий 1512 год – Рождение Екатерины Парр (август). 1513 год – Рождение Уильяма Парра, брата Екатерины. 1515 год – Рождение Анны Парр, сестры Екатерины. 1517 год – Смерть сэра Томаса Парра, отца Екатерины. 1527 год – Свадьба Уильяма Парра и Анны Буршье. 1529 год – Свадьба Екатерины Парр и Эдварда Бурга. 1531 год – Смерть Мод Грин, леди Парр, матери Екатерины. 1533 год – Смерть Эдварда Бурга. 1534 год – Свадьба Екатерины Парр и Джона Невилла, лорда Латимера. 1536–1537 годы Благодатное паломничество. 1538 год – Свадьба Анны Парр и сэра Уильяма Герберта. 1543 год – Смерть Джона Невилла, лорда Латимера (февраль). Аннулирование брака Уильяма Парра и Анны Буршье. Свадьба Генриха VIII и Екатерины Парр (июль). Уильям Парр становится графом Эссексом. 1547 год – Смерть Генриха VIII (28 января) и восшествие на престол Эдуарда VI. Уильям Парр становится маркизом Нортгемптоном. Брак Екатерины Парр и Томаса, лорда Сеймура. Смерть Уильяма Парра, лорда Хортона, дяди Екатерины. 1548 год – Свадьба Уильяма Парра и Элизабет Брук. Рождение Мэри Сеймур, дочери Екатерины Парр и лорда Томаса Сеймура (август). Смерть Екатерины Парр (сентябрь). Дитя королевы Сентябрь 1548 года Я сморю на нее, милую малышку, безмятежно спящую в своей огромной золоченой колыбели, уютно спеленутую, сытую молоком кормилицы, и в глазах у меня стоят слезы. Она не знает, что ее мать только что забрал к себе Господь, а отец стал совсем потерян. Хорошо, конечно, лежать в этой роскошной детской с дорогими шпалерами и золотой посудой, но это ничто в сравнении с материнской любовью, а королева Екатерина любила свое дитя. Она обожала дочурку и доверила ее мне, зная, что я поставлю ее нужды превыше всего остального. Теперь у Мэри нет другой матери, кроме меня. В замке стоит мертвая тишина; так всегда бывает, когда кто-нибудь умирает. Повсюду, даже в детской, все завешено черным, что усиливает общее ощущение мрака. Подумать только, чуть больше недели назад мы все радовались появлению на свет малышки Мэри, поднимали тосты за ее здоровье и благополучие королевы. Роды у ее милости прошли без осложнений, только после них началась родильная горячка. Как она металась в бреду, бедняжка. Миледи Тируитт сказала, что королева говорила милорду такие вещи, в которые невозможно поверить. Я попыталась выспросить подробности, но она отказалась их раскрыть, и меня обидел отказ поделиться со мной, ведь я служила ее милости пять лет и была так же близка с ней, как и все остальные. Этот дом с самого начала