у нее откуда-то взялись силы это пережить. – Я понимаю вас, господа, – сказала она, с трудом усевшись (леди Расселл глядела на нее в недоумении). – Если мне помогут одеться, я пойду с вами. Она очень ослабла за месяцы, проведенные в постели, а потому ее поддерживали на лестнице и при посадке в закрытую барку. Лодка доставила ее по Темзе в Тауэр. Джейн удивлялась собственному спокойствию. Казалось, встав лицом к лицу с худшими своими страхами, она обрела силу, чтобы справиться с ними. Ее разместили вполне прилично, хотя и не во дворце, который был полон, как сказал ей констебль, – полон теми, кто совершил преступления вместе с королевой, тоже осужденной на смерть. Услышав это, Джейн ахнула, но вообще не особенно удивилась. Однако при мысли, что эта глупая девчонка умрет такой молодой и от сознания того, что сама она, Джейн, поспособствовала этому, у нее едва не подогнулись колени. Но она собралась и нашла в себе силы проследовать за констеблем в его дом, недавно перестроенный. Отведенная ей комната была хорошо обставлена, там имелась молитвенная скамья. Джейн опустилась на колени и молилась о том, чтобы ей хватило стойкости выдержать испытание и достойно принять смерть. Это хорошо скажется на ней. Больше она не могла молиться ни о чем и все время размышляла, здесь ли Кэтрин и как она справляется. Думать о своих родных Джейн было тяжело, особенно об отце, которого она любила и уважала. Что они подумали о ней? Только самое худшее. Она совершила ужасные вещи и заслужила смерть; страшило лишь то, что эти ее преступления плохо отразятся на родственниках. Она хотела написать письмо, объяснить все, но не знала, с чего начать. В конце концов ей удалось трясущейся рукой нацарапать короткую записку с мольбой о прощении. Джейн провела в Лейтенантском доме четыре дня. Холодным воскресным вечером к ней явился констебль и велел готовиться к смерти: ее и королеву обезглавят утром. Казнь пройдет не прилюдно, внутри стен Тауэра. Тут решимость Джейн пошатнулась, она ощутила новый прилив истерии, но ей удалось подавить его. Ей бы только сохранить самообладание еще на несколько часов… Она попросила, чтобы к ней пришел священник, и исповедалась в своих грехах. На это глубокое исследование собственной души ушло много времени. После исповеди ей стало легче. Она выдержит. Она будет храброй. Окно комнаты Джейн выходило не на луг Тауэр-грин, поэтому она была не готова увидеть толпу, собравшуюся там ранним утром в понедельник. Джейн поискала глазами Кэтрин, но не увидела ее. По обледенелой