встречи продолжались все лето и во время большого тура на север страны, в который отправился король. В каждом доме, где останавливался двор, Джейн выискивала места для встреч любовников; иногда Кэтрин сама это делала, так жаждала она быть с Калпепером. Раз или два подходящего для свидания места не находилось, и тогда они встречались в уборной королевы. В то время мотивы Калпепера для возрождения их любовной связи выглядели корыстными, но Джейн никогда не винила его за это, так как имела и свой расчет; к тому же Кэтрин была счастлива. Джейн верила, что Калпепер искренне любит королеву, и не было никаких сомнений в том, что на его любовь отвечают взаимностью. Она не думала, что эти двое в самом деле стали любовниками; Кэтрин, может, и наивна, но не настолько глупа. Однако они наверняка предавались каким-то плотским утехам. Сердце Джейн учащенно билось, когда она представляла, чем они занимались. Она понимала, что другие придворные потихоньку замечают неладное. Невозможно было вести любовную интригу без посторонней помощи, но Джейн старалась делать так, чтобы горничные и камеристки Кэтрин не догадывались об истинном характере исполняемых поручений. Они просто приносили, передавали и следили. И горе им, если они задавали вопросы! Все это давалось нелегко, иногда вынужденно признавалась себе Джейн. Долгие ночи без сна; страх, что их раскроют; понимание, что король снова по уши влюблен и в любой момент может навестить супругу. Был один момент, от которого сердце у нее остановилось, но ей удалось вовремя спровадить Калпепера; и еще один, когда Кэтрин показалось, что король установил за ней слежку. И все равно Джейн не теряла уверенности, что ее старания со временем окупятся сполна. Когда они находились в Йоркшире, ко двору королевы явился несносный проходимец по имени Фрэнсис Дерем и начал нагло соваться во все дела. Прошло совсем немного времени, и он уже отпускал намеки, будто они с Кэтрин когда-то значили друг для друга больше, чем подобает, и это бесило Калпепера. Они вдруг оказались соперниками, Джейн пришла в смятение. Она опасалась, что Дерем все разрушит. Ко Дню Всех Святых они вернулись в Хэмптон-корт. На мессе король публично благодарил Господа за то, что тот дал ему такую добродетельную и любящую супругу – розу без шипов. Стоя в нефе, Джейн залилась краской и опустила голову; она не смела даже подумать, как удается сохранять лицо сидевшей на королевской скамье Кэтрин. Но та выглядела совершенно беспечной, при выходе из церкви она улыбалась. На следующий