Я приучаю свою маленькую леди к правильному режиму. Кормилица дает ей грудь, когда нужно. Утром и днем я выношу ее в сад, гуляю с ней или кладу в колыбель и сижу рядом, читаю ей или пою. Малышке нравится смотреть на цветы или птиц, снующих в небе над нами. Хорошо бы тепло продержалось подольше, но вечерами уже быстро темнеет. Уложив свою маленькую леди в постель, я часто снова ненадолго выхожу на улицу, иногда ко мне присоединяются дамы выпить по стаканчику кордиала [23] или чего-нибудь еще из погреба милорда. Он не стал бы возражать. Ему всегда была свойственна щедрость. Ноябрь 1548 года Даже сюда, в отдаленный Садели, дошли слухи о том, что адмирал женится на леди Елизавете. Путешественники болтали об этом в тавернах Винчкомба, и весть мигом разнеслась по всему замку. Я поверю в это, когда сама увижу молодоженов. Но они ведут себя так, словно их свадьба – дело решенное. – Как она может ему отказать? Он такой красавец, – сказала одна из дам как-то вечером, когда мы сидели у камина. – К тому же самый высокородный из всех неженатых мужчин в этой стране. – Я бы сама прибрала его к рукам, – засмеялась Мэри Оделл. – Он снова метит высоко, – заметила я. – Если он был достаточно хорош для королевы, то и для леди Елизаветы сойдет! Помяните мое слово, скоро здесь все переменится. И ничто не могло унять их восторгов. Но я удивлюсь, если лорд-протектор (или его жена) согласится на такой брак! Ноябрь 1548 года Осталось совсем недолго до Рождества. Мы точно проведем его здесь, в Садели. Моей маленькой леди к тому времени будет почти четыре месяца. Она уже улыбается и задерживает взгляд на разных предметах. Я думаю, малышка впитает в себя что-то от чуда Рождества. Хотелось бы только, чтобы ее мать тоже была здесь и могла это увидеть. Адмирал по-прежнему в Лондоне, слухи о нем и леди Елизавете не утихают. Мы тут получаем очень мало новостей – только из писем родных, разговоров в тавернах да от путников, которые иногда просят пристанища в замке. Однако в точности никто не знает, что творится при дворе, за закрытыми дверями. Декабрь 1548 года Рождество прошло прекрасно, хоть и было омрачено печалью. Моя маленькая леди с удовольствием рассматривала зеленые ветви, которыми украсили замок, ей понравились рождественские гимны, которые мы пели, и присланная милордом серебряная погремушка. Я подарила ей собственноручно вышитый чепчик и тряпичную собаку ко времени, когда крошка подрастет. Кудряшки у нее отросли и приобрели тот же розовато-золотистый оттенок, как волосы ее матери.