В смысле? Конечно…

… помню?

Какого…

С самого появления в этом мире я старался не думать о том, что осталось там, на Земле. Мне казалось, что не стоит об этом думать, если ничего нельзя исправить. Теперь я начинаю сомневаться, что это было лично мое желание. Я с трудом вспомнил имя своей родной матери. Анастасия.

«Я забыла русский язык, представляешь? При нашей последней встрече, ты напомнил мне, как ругаться. Но я снова забыла. Как же называлось то ругательство, связанное с блинами? Только короче…»

— Бля, — напряженно прошептал я по-русски, продолжил читать.

«Вот тебе еще интересная особенность: надпись на моем кнуте на русском языке. Но мы оба не могли ее прочитать, потому что этого не понимали. Теперь ты сможешь».

В голове что-то щелкнуло. Я выеживался тем, что этот мир странный, но не заметил, как он уже давно ковыряется в моих мозгах, делая меня своей частью. Нужно срочно что-то делать!

«Тебе, наверное, интересно, почему я не встретилась с тобой раньше? Отвечаю. Потому что в Ньёрте ты рассказал мне о своих приключениях. И в них меня не было. Если бы не это, то я встретила бы тебя сразу же, как только ты появился в этом мире. Там, у цитадели, на поле брани орков и эльфов.»

«Но знаешь, я всегда была рядом.»

Вот тут я напрягся. Че, прямо всегда?

«С самого твоего появления.»

О, нет, нет, нет, нет. Я тогда не дрочил на Райнару! Тебе показалось!

«А еще хочешь шутку?»

У-у-у-у…

«Помнишь лису, которую ты испугался в первый свой день в Варгароне? Это была не совсем лиса. Просто я слишком расслабилась, подобралась поближе:)) А то, что ты выжил, когда Райнара в теле орка хотела тебя убить? Согласись, странно, что она разрубила веревки, а не тебя. Ты смог освободиться, да еще и оглушить орка. И это едва появившись в мире магии. Такого в жизни не бывает, поверь. Хорошо, что я догадалась тебе помочь. Не стоит благодарности…»

'Прости, но я смеялась до боли в животе, когда ты дрался с орком Джумараком. Когда знаешь, что ты победишь, такие вещи не кажутся страшными.

Да это и правда не самое страшное, что ты могла увидеть.

А потом ты сблизился с Каей. Я покинула тебя именно тогда, и дальше мы встретились только в Серпе, где ты был в теле гоблина. Мне тяжело это говорить, но ты должен беречь ребенка, растущего в утробе зеленой сучки. Важность его невозможно недооценить'

Я читал с открытым ртом. Текст прервался размытой кляксой, а внизу пергамента осталось последнее слово:

«Обернись.»

Стало очень не по себе. Я взлетел, развернул круглое тело, пустил сигнал локатора… и ничего не засёк.