— Брак? Вот так сразу? И сколько вы с ней знакомы? Месяц? Два?
— Полтора. — известил господина Веце, — А планируем пожениться уже целых две недели. Скоро вот три будет. — вампир прикинул сроки и выходило, что обхаживал свою зазнобу Веце аж целую неделю, прежде чем добился взаимности. И влюбился, видимо, с первого взгляда.
Степана совершенно не колыхало, насколько же сногсшибательной красавицей должна оказаться девушка, чтоб так полюбиться его подчиненному. То, что у Веце стандарты не просто высокие, а чрезмерно завышенные, и так читается на его вечно брезгливом лице.
И во всей этой истории помимо почившей рассудительности полукровки вампира нервировало то, что придется всё это как-то культурно объяснить Маниэр. Вот Степан бы на ее месте, честное слово, ревновал. Хорошо, ладно, он и до этого ее не раз приревновал к придурковатому Веце, о чем тут вообще может идти речь?
И как бы если Маниэр вдруг в порыве ярости или ревности совершенно случайно по исключительной неосторожности придушит будущую жену Веце… Степану останется только сказать: «Я все понимаю, но мне кажется, ты слегка погорячилась». А после постараться не отхватить самому.
Конечно, Маниэр всегда старалась выглядеть рядом с ним нежной безобидной девушкой, но Степан знал, в глубине души каждой девушки живет настоящий монстр и злить его опасно для жизни. Рисковать своей шкурой он пока не был готов.
А вот Веце, напротив, собирался сделать что угодно, лишь бы получить разрешение хозяина на брак. Если б не магический контракт, то и позволения спрашивать бы не пришлось. Полукровка рвано выдохнул, злясь от мысли, что сейчас Амалия наверняка разговаривает с очередным покупателем в лавке, и другие мужчины смотрят на нее своими похотливыми глазами.
Степан рвано выдохнул, с какой-то странной безучастностью отмечая решительно хмурое лицо пацана.
— Хорошо, тогда ты уже сделал предложение? — тихо спросил вампир. А ведь день так хорошо начинался, так хорошо!
— Да! — закивал Веце болванчиком, — Три раза. — попаданец простонал что-то нечленораздельное, возведя глаза к небу. Увы, полукровка был настроен решительнее некуда.
— И она согласилась? — спрашивать об этом было бессмысленно, но слабая надежда ещё теплилась в сердце. И почти мгновенно оказалась растоптана бодрым голосом пацана.
— Разумеется! — гордо приосанился Веце, приподняв подбородок, мол, как вы вообще могли во мне сомневаться?
Степан мученически прикрыл глаза. Как жаль, что все это — не какой-нибудь дурной сон.
— И вы собрались жить тут? — с обреченной очевидностью уточнил вампир.