их все равно живыми не оставят. — Сдается мне, ты за своих гридней беспокоишься, а не за моих братьев,– заметил Гудым. — Я тебе волю свою сказал,– отрезал посадник.– Теперь идите. А ты,– острие метательного ножа обратилось к Духареву.– Ты останься. Трое варягов вышли. Посадников отрок закрыл за ними двери, а сам остался снаружи. Духарев ждал. Посадник играл ножом, не поднимая глаз. Молчание затянулось, Серега не решался нарушить его первым. — Есть у меня к тебе просьба, варяг,– наконец произнес посадник. Голос его прозвучал неожиданно мягко и как бы с натугой. Совсем не так он разговаривал с Гудымом. — Ты вправе мне отказать, поскольку просьба эта не принесет тебе выгоды.– Фрелаф еще немного помолчал, потом продолжил: — И скажу тебе прямо: будь ты нурман, я не стал бы тебя об этом просить… — Он опять замолчал. Духарев ждал. — Мятлик отдал тебе зброю и доспех Хайнара,– после паузы проговорил Фрелаф.– Откажись от них. — Почему? — Духарев смотрел прямо в глаза посадника. Он хотел, чтобы Фрелаф понял: это не дерзость, а просто желание узнать причину. — Хайнар был моим сотником,– сказал посадник.– Я любил его, варяг, и хочу, чтобы его предали огню в его собственном облачении и с его собственным мечом. Что скажешь? — Согласен,– лаконично ответил Духарев. У него была собственная броня и собственный меч. И не было ни малейшего желания ссориться с могущественным правителем Смоленска. — Благодарю тебя, варяг,– негромко произнес посадник.– Теперь можешь идти. Варяги ждали Духарева во дворе. Молошные гридни, что несли стражу у дверей, поглядывали на них настороженно. — Что он хотел? — спросил Устах, когда Серега вышел из терема. Духарев ответил. — И что ты? — Да пусть забирает! — Серега махнул рукой.– Не обеднеем! — Ха! — Гудым хлопнул Духарева по спине.– Ты — варяг! Иди ко мне в дружину, Серегей! — Устах? — Духарев повернулся к товарищу. Тот шевельнул облитыми кольчужной сталью плечами: — Я уже ответил: да. — Я не один,– уточнил Сергей.– И своих здесь не оставлю. — У меня большая лодья,– заметил Гудым.– Ты видел. — Значит, и для моего коня место найдется? — поинтересовался Духарев. — Ты — варяг! — Гудым глядел на Серегу с явным удовольствием. — Найдется? — Я же сказал: у меня большая лодья! — Что я должен делать? — спросил Духарев. — Что? — Полоцкий сотник, не понимая, поглядел на Серегу. — Он — настоящий муж, но плохо знает обычаи,– с усмешкой пояснил Гудыму Устах.– Мы принесем клятву, Серегей, и разопьем братину, не смешивая крови. Если ты пожелаешь уйти — ты уйдешь.