Срываюсь с места и вбуриваюсь в блок монтажной пены. Руки работают, словно лопасти катамарана, прогрызая дыру и выбрасывая ошмётки поролона за спину.
Пит вместе с Сашей роняют на землю вышибал из казино, а я, пробриваясь змейкой между охранниками, двигаюсь к Диару. Через тридцать секунд вырываю последние куски поролона и врываюсь в пузырь главы Игрового района.
— Ты кто, сука, такой⁈ — Истерично кричит он.
Левой рукой хватаю за шею и чуть сдавливаю, чтобы не слышать раздражительный писк:
— Т-с-с-с! Говорить. Буду. Я.
Глава 21 Диаровцы
Мы стояли в ангаре, размером с футбольное поле. Крыша возвышалась над нами метров на десять, с боков закрывали стены из металлопрофиля. Обычно такие ангары используют как гаражи для частных самолётов или специализированной техники, но сейчас выставочными экспонатами были солдаты. Техника там, конечно, тоже нашлась, но она занимала лишь третью часть от всего пространства. У дальней стены ровным рядом стояло полтора десятка бронированных фургонов, каждый из которых умещал в себя пятнадцать пассажиров.
Всё остальное пространство в ангаре занимали разбросанные по площади солдаты. Двести голов. Одинаковые боевые костюмы, бронежилеты, рации, автоматы на шлейках и пистолеты с ядрами. Короткостриженые бойцы носили шапки, поверх которых висели очки. Если не всматриваться в лица, а просто окинуть их беглым взглядом, то можно подумать, что их наплодили в ангаре, будто в компьютерной игре быстрым нажатием «копировать-вставать».
Перед бойцами нас стояло трое: Диар, я и Питон. Где-то позади шастали помощники Диара и парочка охранников. Диар завёл руки за спину и высоко приподнял подбородок. Поднять ещё немного выше, и он не разглядит землю у себя под ногами.
Он притопывал ногой и изредка кивал головой, будто слушал музыку. Наверняка музыка и играла у него в голове. Что-то охренительно боевое и эпическое. Потому что Диар стоял перед своими бойцами, точно император перед миллионной армией, готовой пойти на смерть по движению его указательного пальца.
После того, как мы с Диаром оказались заперты в одной из полостей монтажного брикета, у меня было три минуты, чтобы договориться. Причём, силу нельзя было применять. Человек с раздутой самооценкой не потерпит насилия. Если надломить его выросшее до небес эго, то он предпочтет развалиться на куски и утащить с собой как можно больше врагов и союзников, но на компромисс не пойдёт. Поэтому, убрав руку с шеи Диара, я вкратце рассказал ему, что ждёт Игровой район, если он не даст отпор Хану. Диар брыкался, но недолго. Во-первых, его поразил трюк с меняющим агрегатное состояние газом, а во-вторых, я в паре предложений рассказал о себе. Строчка из моей биографии о том, что я убил ближайшего помощника Хана и до сих пор оставался жив, заинтересовала Диара больше всего. В общем, не без заминок, но за три минуты мне удалось его убедить.