— Да, я вижу, — миссис Барнс безразлично кивнула. — Джозеф, я вас очень прошу, позвольте сделать фотографию того свитка. Это очень важно для научной работы моего брата. Его статья прославит вас и вашу потрясающую коллекцию на весь мир.

Баронесса щелкнула замком сумочки с увесистым устройством для фотосъемки и шагнула к шкафу, где под стеклом хранились тубусы с древними свитками — их было четыре.

— Не так быстро, Элиз. Мы же никуда не спешим. У нас впереди много прекрасного времени. И сначала… — он повернул ее к себе и провел пальцем по ее губам, — сначала тебе нужно восславить великого бога Тонатиуха! Ты должна поклониться ему! Подойди к нему и сделай это! — взяв ее грубо за руку виконт подвел гостью к изваянию, одетому в перья. — Давай! Сделай это!

Элизабет не понимала шутка это или с господином Уоллесом происходит что-то неладное. Три года назад он не был таким странным, а сейчас его глаза стали другими, чужими и страшными.

— Слава тебе, великий Тонатиух! — на всякий случай сказала она, сложив руки на груди и поклонившись.

— Молодец, Элиз. Ты мне нравишься, — виконт повернул ее к себе, порывисто обнял и поцеловал сначала в губы, потом в шею. — Сегодня нас ждет незабываемая ночь. Ты ее запомнишь навсегда.

Вот этого миссис Барнс хотелось меньше всего. Ночь с Уоллесом, которую она почти не помнила, в ее жизни уже была. Но пережить ночь с ним, которую она запомнит навсегда — нет, это не входило в ее планы. Она понимала, что с Джозефом скорее всего придется переспать, но сейчас обстановка в его доме и его безумные глаза ее слишком пугали. Пугали настолько, что она была готова вырваться из его объятий и убежать. Черт с ним, этим фото свитка! Элиз остановила лишь мысль, что там, на ее пути встретится огромный серый пес, такой же страшный, как горгульи, украшавшие этот особняк.

— Это у тебя фотоаппарат? — Джозеф потянул за ремешок ее тяжелой сумочки. — Скорее доставай его! Нужно запечатлеть меня рядом с Великим Тонатиухом!

Баронесса послушно достала свой «Harmony of Light II» и отошла на несколько шагов, позволяя Джозефу занять место возле статуи. Повернув ребристый рычажок и, когда оба индикатора замерцали, покрутила лимб, так чтобы в окошко захвата объекта поместился Джозеф и вся статуя. На наклонной доске, приставленной к пьедесталу статуи, Элизабет заметила темные потеки, которые навеяли страшные мысли.

— Джозеф, что это там? Кровь? — спросила она, понимая, что очень не хочет, чтобы хозяин особняка признал это.

— Да, это кровь. А что же еще? Богам тоже нужна пища, за это они даруют нам свою милость, — ответил господин Уоллес. — Давай, фотографируй скорее!