Вот этого бы мне очень хотелось! С их стороны такое решение стало бы глупостью, невероятно полезной для меня. Когда до вражеской виманы осталось метров двести, я ударил «Гневом Небес» второй раз. Ослепительные жгуты электроразряда сорвались с моих пальцев. Меня тряхнуло самого, при всей безупречности моей магической техники. Синий корпус «Thunderbird» вспыхнул в нескольких местах, сорвало лист обшивки. Но все же и этот удар вимане слишком не повредил — она резко ушла влево и начала набирать высоту, смещаясь на северо-запад. В сухую траву с жестяным грохотом упал лист обшивки, чуть раньше какой-то черный продолговатый предмет.

Шанс, что электрическая атака нарушит цепи управления виманой был, но не вышло. Да, намного эффективнее было бы ударить по ней «Витру Борем», разрывая на куски генератор вихревого поля — тогда бы я ее точно приземлил. Но «Витру Борем» требует подготовки — у меня не было этих необходимых секунд. Тем более не было возможности найти точку приложения силы в быстро перемещающемся объекте. Ошибка здесь недопустима, ведь на борту Ольга и моя магия могла ударить не в техническом отсеке, а в рубке или пассажирском! Увы, первый бой завершился не в мою пользу. Так часто бывает, когда в чем-то очень важном, практически равном жизне тебе не хватает самой малости: то времени, то сил, то обыкновенной удачи.

«Thunderbird» превращалась в темное пятнышко в голубом карибском небе. В том, что мою невесту увезли именно на этой вимане, я не сомневался: я это чувствовал интуитивно и слова Ольги указывали именно на это.

Я побежал к «Хлое» — у нее единственной из виман на стоянке, был открыт люк. Задержался на секунду у предмета, выпавшего с виманы. Что это? Гранатобой? Я подхватил его за ремень — такое серьезное оружие вполне может пригодиться — и побежал дальше.

— Что мне делать, Александр Петрович? — выкликнула Даша, было последовавшая за мной.

— Возвращайся в гостиницу. Жди меня, — бросил я на бегу.

Была мысль, дать ей номер князя Ковалевского и попросить, связаться с ним, рассказать о произошедшем, но я ее тут же отверг: слишком темная личность эта лже-баронесса — неизвестно как она все повернет. И нет у меня уверенности, что Бориса Егоровича стоит сейчас пугать произошедшем. Сказать ему или нет — вопрос пока открытый, и я собирался решить его чуть позже, на борту «Хлои», когда смогу поднять ее в воздух и лечь на курс, в погоне за «Thunderbird». Там у меня появится кое-какое время на раздумье и выбор правильных решений.

Добежав до «Хлои», я перепрыгнул через три ступеньки трапа и едва не налетел на стоявшего в тамбуре мужчину лет сорока.