Вообще-то зря я поторопился с ответом людям Уэйна. Следовало продумать его и проговорить без спешки в спокойной обстановке. Сейчас вышло несколько сумбурно: по ту сторону Ла-Манша могут заподозрить, что я отнесся к их предложению недостаточно серьезно, а значит не напуган их наглейшей угрозой. По-хорошему нужно было бы сделать так, чтобы в ответе им мой голос испуганно дрогнул. Ну да ладно… Я люблю преодолевать сложности — так жизнь вкуснее.

— Здравия, ваше высочество! Вам и всему императорскому дому! — приветствовал я Романова.

Он встал из-за стола, подошел и с теплом пожал мне руку, со словами:

— Что же вы, Александр Петрович без своей боевой единицы?

Я не понял его сразу и Денис пояснил:

— Вы же на службе лично у меня. Вы и еще некая госпожа Стрельцова Елизавета Борисовна. Сам за нее просили, то подданство ей, то новые документы, то вот ко мне на службу.

— Виноват, ваше высочество! И в голову не пришло вам ее представить. Могу вызвать в любое время, — с готовностью предложил я.

— У вас сейчас вопрос ко мне какого характера? — он вернулся к столу.

— Я только что от Глории. И вопрос важный, объемный, — я присел на диване, где мы с Ольгой располагались прошлый раз.

— Значит, вопрос надолго. Вызовите вашу подчиненную сейчас, пусть подъедет, пока мы говорим о Глории и всем сопутствующим, — распорядился цесаревич.

Мне пришлось снова взять в руки эйхос и набрать баронессу Стрельцову:

«Элиз, здравствуй! Бросай все и немедленно приезжай в Багряный дворец! Тебя требует цесаревич! Я сейчас у него, мы вместе ждем. Как получишь мое сообщение, сразу ответь. Имей в виду без особо позволения входить во дворец с оружием запрещено, так что прошу налегке», — сказал я и убрал эйхос.

— Не требует, а просто желает познакомиться, — поправил меня Романов. — Так рассказывайте, что там с Глорией. Нажимает в чем-то на вас?

— С императрицей вышел у меня очень забавный случай, — я ненадолго задумался, как бы покорректнее подать Денису явление Перуна в покои Геры, а главное само мое общение с верховным богом. Очень не хотелось перед цесаревичем похваляться, рисовать образ себя как этакого непобедимого героя, который треплет за бороды богов. И хотя это во многом было правдой, Филофеевич не мог знать моих давних отношений с богами, и я не хотел, чтобы у него сложилось однобокое мнение лишь на одном не очень удачном примере.

Не успел я начать рассказ о явлении Перуна, как пискнул эйхос — ответ Элизабет. Мне следовало убедиться, что баронесса верно поняла, что ей необходимо немедленно прибыть во дворец. С позволения Дениса, я включил прослушку, установив громкость в среднюю позицию: