Как?Почему она скрывает ее?
Улыбка моей жены пропадает, стоит черным глазам распахнуться. Елена устало трет лицо и выключает музыку, затем залпом осушает бокал, берет сумку с туфлями и уходит.
Больше из своей спальни она не выходит, и я переключаюсь на запись с прослушки. Приходится ускорить звук, потому что на протяжении пары часов слышится только то, как она перелистывает страницы, возможно, читает, потом выходит на балкон, принимает душ и…
Я останавливаю запись, включаю нормальную скорость и перематываю.
Да, это определенно звук какой-то вибрации. Я хмурюсь, пытаясь разобрать, что это такое, и вдруг раздается едва различимый стон.Она?.. Эти придурки прикрепили устройство к еекровати ? Потому что сейчас я даже слышу, как ускоряется ее дыхание.
Блядь .
Кладу руки на подлокотники кресла и откидываюсь назад, закрывая глаза.
Мне определенно точно не стоит нарушать ее приватность еще больше, чем яуже это сделал. Однако я не…не могуперестать слушать. Мой член твердеет с каждым ее рванным вздохом и тихим стоном. Дерево под моими пальцами скрипит от того, как сильно я сжимаю подлокотники, дабы не касаться себя.
Перед глазами ее тело, каким я его,нахрен , не видел.
Обнаженное.
Я представляю, как краснеют ее щеки, как капельки пота собираются в ямочке между ключицами, как свободной рукой она трогает себя за грудь.
– Да. – раздается ее стон.
Я вижу ее под собой, вижу, как она извивается, прося о большем.
Вибрация на фоне усиливается, и появляются хлюпающие звуки.
Твою мать .
– Боже, да. – уже почти кричит она.
Ее дыхание прерывается в момент кульминации, и я вздрагиваю всем телом…
Открываю глаза и смотрю на мокрое пятно на своих черных брюках.
Я, что, только что?..
Да, я определенно точно кончил в штаны.
На периферии появляется движение, и я резко вскидываю голову. Елена стоит на пороге столовой, удивленно моргая. Быстро захлопываю ноутбук и снимаю наушники.
– Давно ты здесь? – спрашиваю, прочистив горло.
Она медленно приближается ко мне, нахмурив брови. Сегодня на ней серое платье и цепочка жемчуга. Я ненавижу эту цепочку. Она напоминает мне о матери, и последнее, чего я хочу, это, чтобы Елена была на нее похожа.
– Только спустилась. – отвечает она, присаживаясь на свое место и опуская сумку на соседнее. – Ты сегодня опять плохо спал?
– Что? – поправляю галстук.
– Поэтому снова так поздно завтракаешь?
– А, да. – киваю и отвожу взгляд, делая внушительный глоток своего уже остывшего кофе.
Елена принимается делать себе бутерброд с маслом и сыром. А я могу только смотреть на ее профиль, думая о том, как вообще оказался здесь.