— Тебя как зовут? — спросил Зак, отходя к панели сбоку от ворот и набирая на ней код.

На этом вопросе я немного завис. А действительно, как? Земное имя я не помнил. А местное, что дали мне техники, мне так и не сообщили.

— Не проблема, положи ладонь, и мы сейчас всё узнаем, — сказал железнолобый и протянул мне круглый металлический шар с десятками прорезей, которые то наливались желтоватым светом, то затухали.

— И кто этот шутник, который дал тебе такое имя? — удивился Зак, когда моя информация появилась на экране монитора.

— И кто этот шутник? — проворчал железнолобый, уткнувшись в экран. — Идентификатор показывает, что тебя зовут Шейд.

Я тут же вспомнил, как один из техников ругался этим словом. Похоже, он не стал ничего придумывать, а просто вбил то, что уже находилось в памяти.

— Открывайте уже ворота, — сказал я, когда понял, что парочка охранников может продержать меня здесь ещё неизвестно сколько времени.

Массивные ворота с душераздирающим скрипом разошлись в стороны, открыв взгляду плохо освещённый захламлённый коридор. У стен свалены горы мусора, бетонный пол в выщербинах, ощущение такое, будто здесь неоднократно происходили перестрелки. Хотя возможно и происходили, не просто так ведь охрану поставили.

— Удачи! — крикнул Зак и створки ворот начали закрываться, после чего я наконец остался один.

Что там мне говорил господин Фер? Не уходить дальше трёх-четырёх километров. Что ж, так и поступим. Я по-прежнему сжимал в ладони три жёлтых капсулы.

— Хуже уже не будет, — сказал я и отправил в рот одну из капсул, а остальные спрятал в чудом уцелевший карман.

Да, вид у меня, конечно, ещё тот. Голый до пояса торс, роба заключённого ушла на перевязку, синтетические штаны сгорели по колени. Бомж в шортах на свалке, не иначе.

Но деваться всё равно некуда, нужно найти и убить ползуна, кем бы тот ни оказался.

Спустя несколько минут я почувствовал действие жёлтой капсулы Зака. Боль притупилась, а тело наполнилось силой. Был и минус. Сердце билось с такой частотой и силой, что этот звук ударами отдавался в виски.

— Терпи, Шейд. Терпи, — новое имя воспринималось мозгом как нечто чужеродное.

Я медленно продвигался вперёд по коридору, кляня себя за то, что так и не расспросил парочку охранников о предстоящих противниках. Это нужно было сделать сразу. Спишем на то, что у меня выдался не самый простой день.

Коридор оказался прямой, словно стрела. Ни поворотов, ни боковых комнат, изредка потолок перечёркивали порыжевшие от ржавчины трубы.

Постепенно света становилось всё меньше и меньше. Сразу за дверями в сто девятнадцатый сектор лампы попадались каждые пять — семь метров, сейчас расстояние между ними увеличились до сотни, оставляя во тьме целые участки пути.