Хоть какой-то результат появился, когда я использовал половину от доступного запаса эора. За это пришлось расплатиться помутнением сознания. Мир перед глазами затуманился, но кинжал наконец сработал. Я с силой ударил по фалангам пальцев Вечной и отсёк их.

Из ямы я мог переместиться только в небо. Так я и поступил. Шаги перенесли меня на километр вверх. Отсюда я увидел настоящий размах битвы.

Дракон покончил с войсками аристократов в поле и переместился в город-крепость. Он скакал из стороны в сторону, заливая чёрно-оранжевым огнём всё вокруг. Ему противостояли Вечные. Каждую секунду в тело дракона врезались сотни навыков, и не сказать, что они не пробивали его защиту. Во многих местах дракон уже лишился чёрных пластин. Туда и целили аристократы. Кровь потоком лилась из ран ящера, но это лишь усиливало его гнев.

Намного хуже дела обстояли в сражении между моими Вечными и Валорисом с Рашатом. Пара глав Великих домов теснили сотню моих союзников. Как ни старались Ариэлл с Эльтаром, у них не получалось пробить защиту носителей стихии.

Каждую секунду в небо поднимались целые пласты земли. Огромные, словно ангар, големы бежали в сторону двух Вечных, но не добегали, рассыпаясь чёрным пеплом. Молнии били с неба. Подобного буйства навыков хватило бы, чтобы снести половину Иша. Только вот для двух всесильных глав домов они были лишь развлечением.

— Ты что натворил⁈ — взревел Дагорион.

Вечный вынырнул неподалёку и, так же как и я, застыл в воздухе. Я хотел ответить, но закашлял. Чёрный пепел забил лёгкие и рот.

— Ты что наделал⁈

На меня обрушилась ментальное давление. Странная сила не могла вредить напрямую, но лишала сил, сводила с ума, заставляла тело деревенеть и влияла ещё сотней не менее неприятных эффектов.

Только вот покров из конструктов всё ещё действовал. Он был бесполезен против Леи, та находилась слишком близко. К тому же она использовала не только навыки, но и стихию. Дагорион же предпочитал не приближаться.

В следующую секунду произошло то, чего я никак не мог предвидеть. Тело Леи исторгло из себя столб пламени до самого неба. Он, как и моя Тьма во время Зова, воспламенил небеса, превратив ночь в ужасающее подобие дня с полыхающими небесами.

Всё это продолжалось больше минуты. Бой сам по себе затих. Вечные перестали сражаться между собой, заворожённые буйством стихии. Пламя перестало выходить из Леи, и она упала на землю. Сразу за ней вниз обрушилось и пламенное небо.

Ни о какой битве больше не могло быть и речи. Все спасали свои жизни, ибо даже Внеранговые Вечные могли не пережить такого буйства огня. Говорить, что случилось с гвардейцами, Просветлёнными и слабыми Вечными, я не стану. Участь их оказалась печальна.