В общем, терминалы выполняли роль как возрождения павших героев, так и несли дополнительную информацию, иногда очень нужную. Ну, собственно, логично. Раз мы воскрешались около терминалов, а не в любом месте, значит там какой-то другой информационный канал. Я особо в это не углублялся. Зачем, если у меня есть собственный ангел.

— Так… Посмотрим… Посмотрим… Ага… Угу… — такие звуки раздавала Ла Виста, когда законнектилась к информационному узлу.

Ла Виста: Кажется, мы попали.

Волк: Какая неожиданность…

Куча: А как вы это делаете?

Волк: Ну, так же, как и ты сейчас. Называется — мыслеречь.

Куча: Круто!!!

Волк: А то ж! Так с чем мы попали?

Ла Виста: Кажется, у Райха есть сторонники на Бабуине.

Волк: Это как?

Ла Виста: Корпорацию «Натюрлих» создала нехилые оборонительные укрепления на подходе к локации и ввозит-вывозит туда постоянно какие-то машины.

Волк: Подожди! В локациях вроде всегда живут «плохие», и выйти они оттуда не могут.

Ла Виста: За что купила, за то продала. Техника ходит туда-сюда. Вылезает ли кто-то изнутри из живых — я не вижу. Машины закрыты и тентованы. Но мне это очень не нравится.

Волк: Согласен. То есть нас туда не пустят?

Ла Виста: Никого не пускают. Только по личному пропуску «Натюрлиха». Эта зона обозначена собственностью корпорации.

Волк: А что, так можно было?

Ла Виста: Ну, вообще-то нет, но по праву силы — да.

Волк: Интересно…

Куча: Непонятно…

Ла Виста: Что тебе непонятно?

Куча: Почему другие не пошли и не надрали им задницы?

Ла Виста: Ну, во-первых — зачем? А во-вторых, это мы Вечные Герои, а остальные здесь умирают окончательно.

Куча: Это как?

Ла Виста: Это так, когда тут умираешь и больше не воскрешаешься. Попадаешь в буфер, а оттуда…

Ангел пожала плечами, окинув глазами недоумевающий и терпеливо ждущий народ, и продолжила мысленно.

Ла Виста: Оттуда можно выбраться. Но лично я алгоритма не знаю,

Куча: Ну круто же!

Ла Виста: Что круто?

Куча: Ну, то есть мы их можем убить и они не вернуться. А они нас если убьют, то мы вернёмся и будем продолжать их убивать. Так?

Мы с Ла Вистой с уважением посмотрели на Кучерявого.

— А он хорош, — сказала вслух ангел.

— И не говори, — поддержал я.

Ла Виста: Вот только ты забыл одну вещь, мой кучерявый друг. Ты же очень любишь свой топор?

Кучерявый посмотрел на него недоумённо, потом на ангела, и кивнул.

Куча: Очень!

Ла Виста: Так вот, если ты помрёшь здесь, то возникнешь голый, но живой. А всё, что на тебе, останется у твоих убийц, в отличие от локации.

Куча: Это не круто!

Волк: Трудно не согласиться.

Ла Виста опять окинула взглядом стоящий народ в очереди и кивнула, сказав кже голосом.