Над песком возвышались куски пятигранных монолитов, высотой в мой рост. Скошенные грани на концах, сходились в остриё, с торчавшим из него, оплавленным куском бронзы. По всей видимости, там раньше находилась некая фигура или руна.

На искусно выбитые барельефы, мы насмотрелись вволю. И даже более того, гадюка достала из спортивной сумки фотоаппарат ФЭД и принялась фотографировать каждую сторону пятигранных обелисков.

Я наблюдал за процессом спокойно и возмутился только тогда, когда она вознамерилась немного откинуть песочек, чтобы увидеть ещё несколько барельефов, расположенных ниже. Мне пришлось напомнить спутнице, зачем мы здесь, и буквально оттащить её при помощи страховочного фала.

— Похоже, ты не понимаешь, как это всё важно зафиксировать для науки. Профессор Дадаев оценил бы эти находки.

— Я тоже ценю находки, но жара, количество воды и главное время, не позволяет устраивать археологические раскопки прямо сейчас. Мадам Гадюка, ты случайно, не забыла, в какую жопу мы попали? А подобные обелиски, торчащие из песочка, мы ещё обязательно встретим.

— Да откуда ты это знаешь? — не поверила спутница.

— Всё просто. Судя по расстоянию между ними и расположению обелисков в пространстве, их поставили с двух сторон от некой дороги. Зачем поставили — не знаю. Но если не собьёмся с пути, обязательно обнаружим их двойники.

Моя правота подтвердилась ровно через час. Обойдя несколько опасных участков, аномально насыщенных местной живностью, мы обнаружили два обелиска, торчавших из песка, аж на три метра.

И снова Гадюка с восторгом принялась их изучать. На этот раз она решила фотоплёнку сэкономить и сделала всего один снимок. При этом заставив меня для определения габаритов, встать между монолитами.

Сразу после осмотра, со стороны развалин древнего города, в лицо задул горячий ветерок. Кроме поднятых песчинок, дыхание пустыни принесло аромат тлена и едва заметный шёпот.

Поначалу я подумал, что мне показалось, но спутница всё подтвердила. Она тоже слышала шёпот, произнесённые разными голосами, на неизвестных нам языках. Это бормотание быстро начало надоедать и давить на мозги. Мне помог отвлечься перманентный процесс сканирования, заставляющий сконцентрировать внимание совсем на другом. Спутница переносила давление явно похуже и начала втихаря от меня, прихлёбывать воду.

Через час хождения зигзагами мы снова обнаружили парные обелиски. Эта пара меня заинтересовала даже больше чем Гадюку. Один из монолитов был короче, метра на полтора. Причём укоротили его одним срезом, словно действуя лазером. При детальном осмотре обнаружилось, что бронзовая жила вделана внутрь мраморного монолита и напоминает контактную троллею.