Второй термит, на пять метров дальше. Он тоже пострадал от автоматных очередей, и теперь, скребя перебитыми лапами, пытался перевалить через парапет моста, чтобы присоединиться к самоубийственной атаке собрата.

Пальба спутницы не была бесполезной. Пули щёлкали по хитиновой броне, выбивая снопы искр. При этом некоторые влетали в прорези между сочленениями чёрных пластин и курочили внутренности.

Подобрав лежавший рядом автомат, я совсем не ощутил его веса. Прицелился, держа оружие в вытянутой руке, и дважды выстрелил. Первый разряд энергии буквально разорвал надвое ползущего термита. Второй превратил в облако искр, голову забиравшейся на парапет твари. При этом яркие росчерки силы прошили пространство в полуметре от широко расставленных ног напарницы.

Охнув от неожиданности, блондинка резко развернулась и кинулась ко мне.

— Ну слава богу. Ты жив!

Отложив автомат, Гадюка принялась меня осматривать.

— Да куда я денусь — ответил я, и мой рот, вместо того чтобы просто произнести слова, превратил их в раскатистое, многоголосое эхо.

Среагировав, напарница отпрянула и вопросительно на меня уставилась.

— Ты чего орёшь? Я чуть не оглохла — проговорила девушка, и в этот миг по её обнажённому телу, снизу вверх проскочили энергетические искорки.

— Ведьмак, у тебя зрачки светятся.

Услышав новую вводную, я прикрыл веки, и ставшее монохромным, окружающее пространство, превратилось в полупрозрачную тень реальности. Теперь потустороннее зрение рентгенило дюны насквозь на расстояние нескольких километров. Подобного уровня энергетической зарядки органов зрения, я никогда не получал.

Решив сразу докопаться до сути происходящего, заглянул во внутреннее хранилище энергии и ощутил, что оно не просто переполнено, оно буквально распухло от собранной там мощи.

Сразу я не смог разобраться, какие именно предохранители включились внутри теневой части организма, чтобы хранилище не лопнуло. Понял только одно, хранилище использовало тело как спускной клапан на скороварке.

В итоге энергия буквально сочилась наружу, подпитывая мышцы, внутренние и внешние органы. Процесс обострял все чувства и дарил обманчивое ощущение всемогущества.

Открыв глаза, я снова посмотрел на наклонившуюся напарницу, и одними губами прошептал:

— Извини, подруга, постараюсь говорить потише.

И даже эти ухищрения не дали нужных результатов. Вместо шёпота пространство наполнилось хриплым голосом, обзавёдшимся эффектом саун буфера.

Блондинка невольно поёжилась, и я заметил на её обнажённом теле, появившуюся гусиную кожу.

— Такое ощущение, что твой голос звучит сразу со всех сторон. Видимо, это такое-то странное побочное явление от произошедшего.