— О. Со знанием дела, господин. Видите, сёгун получил себе в рабыни эльфийку, у нее медальон — это символика дома Элафир Аурэ. Королевской крови, вторая дочь не стала бороться за трон со своим братом и лишилась привилегий, однако у нее остались верные слуги. Какое внимание к деталям!
— Рад, что тебе понравилось, — хмыкнул я.
— Нет-нет, господин, ваше творчество тоже великолепно! — взволнованно шевельнув ушами, продолжила Ириниэль. — Для меня оно всегда на первом месте!
— Тихо, не стоит рассказывать, — шлепнув эльфийку по заднице скорее машинально, я увидел, как она замолчала и торопливо кивнула.
— Это не лесть, мы тебя всегда поддержим, фыр! — сказала и Машка, взяв меня за руку. — Но на нас уже смотрят…
Да уж, мы втроем листаем хентайщину, чуть ли не обнявшись, действительно необычно. Девчата просто уже привыкли к подобным рисункам, хотя вначале и смущались, конечно. Машка — из-за содержания, а Ириниэль — из-за того, что она оказалась прототипом.
Положив все на место, я отвел своих спутниц подальше. Пушкин в это время что-то выбирал вместе с супругой довольно далеко, так что мог и не слышать комментарий насчет моего творчества. Но символика взята от известных эльфиек — у Золотце эти обозначения в имени, а Ириниэль не могла считывать данные ошейника, как я, поэтому банально не знала, кто перед ней. Пушкин приложил руку к авторству? Или это хобби кого-то из гостей усадьбы, где они могли увидеть Золотце, и раз Пушкин знаком с этим человеком, то и поддержал автора?
Вряд ли мне это что-нибудь бы дало, но неплохой повод постараться, раз местной аудитории нравится такая рисовка.
Глава 13 Совпадения
Всякое-разное для рисования в итоге как бы купила для себя Ириниэль. Неплохо подошло для ее «домашнего» хобби, выбранного ранее, не говоря уже о том, что рисовать я все равно планировал в ее комнате. После всех событий и усиленных тренировок перед поездкой толком и не удалось уделить время творчеству, поэтому нужно наверстывать. И хотя я довольно опытен в рисовании по памяти, поскольку для использования вербов это очень важно, позирование все равно еще никому не мешало. Хе-хе.
Впрочем, Пушкин, казалось, не слишком обращал внимание на наши покупки. То ли из вежливости, раз уж я ошивался в отделе с «клубничкой», то ли ему было не так уж и интересно. Но мне же лучше.
Как только мы расплатились, Степан возник будто из ниоткуда и забрал все сумки, чтобы отнести в авто. Отличная возможность все-таки ознакомиться с покупками, однако настолько сильно параноить ни к чему. В конце концов, мы проживали в чужом доме, так что в полную конфиденциальность на чужой территории верить не стоило. Правда, и я за время моего нахождения в этом мире научился видеть следы Пыли или вербинита даже через тонкие препятствия, поэтому мог быть уверен — никаких секретных гаджетов в доме не устанавливали. Да и если бы что-то подобное обнаружили другие гости, это какой же в итоге скандал мог произойти…