— Без титула я слишком ограничен в возможностях. Став дворянином, я смогу отыскать свою сестру-близнеца. Мы расстались больше десяти лет назад, и я ничего не знаю о том, что с ней произошло. Создав Род и прославившись, я тем самым дал бы ей понять о том, что я жив и со мной все в порядке, но даже если она и не услышит обо мне, открывшиеся возможности помогут ее отыскать.
В кабинете воцарилась тишина. Только напольные часы тихо отсчитывали секунды. Владимир был немало озадачен, поскольку его теория о том, что Наталья и Марина — мои сестры, разрушилась. Все-таки они не подходили под категорию моих близняшек, а я сказал истину. Необязательно же было уточнять, что речь о сестре из прошлой жизни.
— Как и ожидалось от вас, отец, ваши таланты в псимагии неоспоримы, — склонив голову, сказал Владимир.
— Достойная цель, Пётр Константинович. Прилежность в обучении — первый шаг на твоем пути, и в этом мы, Пушкины, тебе поможем, — по-отцовски, с теплотой произнес Алексей, перед этим поблагодарив сына кивком.
— Благодарю вас от всего сердца!
На этом встреча закончилась. Когда мы отошли подальше от кабинета, Владимир прошептал:
— Вы не говорили о сестре.
— Моих родителей, судя по всему, убили. Сестра сбежала или похищена. Так уж ли безопасно всем рассказывать, Владимир Алексеевич?
Опять море брехни, но куда правдоподобнее.
— Таинственная история. Это могла сделать чудь, не рассматривали такой вариант, Пётр Константинович?
— Рассматривал, но проверить проблематично. Для поездки в Сибирь нужны средства и возможности.
— Понимаю. Я подумаю над тем, как можно помочь с вашим делом, — Владимир улыбнулся. — Отец смог вас считать, но это не повод отменять тренировку в Чертогах, вы же понимаете?
— Да, я готов.
— И не забудьте взять с собой подушки и одеяла.
Удивление наверняка было легко прочитать на моем лице, я даже не пытался его скрыть.
— Это соревнование по сну?
— Вроде того, — Пушкин искренне рассмеялся. — Поверьте, я знаю, о чем говорю.
Глава 8 Тридцать три
Вновь ненадолго попрощавшись с Пушкиным, я вернулся в дом для гостей, заодно немного поразмыслив. Насчет Чертогов идей у меня не было, но полагаю, что Машка была права. Возможно, если бы я не вырос в той среде, где единственными диковинками являлись, по сути, Ириниэль, да подгнивший рыцарь в склепе, то также легко бы рассуждал о присутствии других мифических рас. Но для Машки и прочих представителей чуди подобные расклады — нечто обыденное, поэтому не вызывали удивления или даже восторга… Впрочем, восторг обычно у меня из-за, кхм, ксенофильского настроя, но тут уж куда деваться.