По пять сотен за штуку и пять тысяч за апгрейд⁈ Я, конечно, видел, что простая униформа военной академии обходится в полторы сотни рублей, а с зимней экипировкой и все двести пятьдесят, но все же… Я ведь просто символы начертил. Но мне же лучше. Шифровку вряд ли смогут распознать, даже если захотят, поскольку там полно мусорных символов, и каждый из них будет казаться важным, ведь о коротких заклинаниях многие и не знали вовсе.
— Понимаю. У тебя впереди много трат на поиски сестры, — вздохнув, добавил Алексей, расценив мой шок как сомнение. — Двадцать две за комплект, в дальнейшем постараемся выбить лучшие условия.
— Хорошо, я согласен. Благодарю вас, Алексей Александрович.
— Пока не за что, Пётр Константинович. В наших общих интересах заработать на этом, поэтому бизнес ведем честно. Этого же ждем и от вас.
— Конечно.
Попрощавшись, я покинул кабинет. Радоваться пока рано, ведь товар не для всех, но целевая аудитория постоянно рыскает в поисках артефактов, так что может себе позволить лишние траты для удобства и эффективности. В обычных торговых центрах продаваться будет немного, скорее всего, поскольку зимы в этих краях довольно теплые, а богатые категории жителей предпочитают кататься на авто или красоваться мехами… Будь они неладны.
Но это же отличная возможность подумать над другой экипировкой, хе-хе. Хотя я и не забывал, зачем пришел к Алексею, и теперь планировал посетить еще одно место, где могла оказаться таинственная кошатина.
Глава 18 Прошлое и будущее
Перед тем, как узнавать о самой Лорелей, я поискал информацию о ее псевдониме, но никакой конкретики за пределами выступлений в филармонии не нашлось. Да и там она, судя по всему, стала выступать сравнительно недавно — точно отследить сложно, но не меньше трех лет уже, то есть начинала еще подростком. Однако действительно масштабных концертов за год набиралось не так много, поэтому можно сказать, что большую часть времени Лорелей все-таки где-то пропадала, да и особо сильно с предполагаемым мной страхом перед людьми это не помогало. Хотя скорее здесь все-таки страх навредить, а вот люди кошатине даже нравились, судя по всему, иначе бы она не играла с такой отдачей — никто не мешал этим заниматься дома, но она хотела донести свои эмоции до каждого в зале. Безразличный человек… То есть, кошка, конечно, играл бы иначе.
Но как бы там ни было, я решил отталкиваться от пары идей. Любовь к музыке, молодость и слова, которые я слышал в нашу первую встречу. Тогда Лорелей очень сильно растерялась и даже испугалась, поэтому зачитала мне строчки без раздумий о последствиях. Любовь к музыке же заключалась в том, что классика, конечно, хороша, но редко кто увлекается исключительно этим направлением. Да и зачем себя ограничивать?