Маша понимала, что так действительно будет лучше. Им дали кров, вкусную пищу и слуг, однако это не повод биться насмерть. И все же ей хотелось отомстить тем, кто посмел охотиться на песцов. Маловероятно, что охотники обнаружатся прямо здесь, но, даже вырубив одного или двух, они могли в будущем спасти многих.

— Хотя бы предупредим. Даже если ваши народы враждовали, это не повод оставить их без шанса на спасение. Вокруг леса, они смогут укрыться, — торопливо сказала Маша.

Ириниэль вздохнула и первой побежала по коридору, а Машка следом. В этом здании они не бывали, но и Маша, и Ириниэль примерно запомнили двери, через которые заходили Изумруд и Золотце.

Вскоре девушки оказались в крыле для прислуги, в широком коридоре, ведущем в основные помещения. Кто-то их опередил — в коридоре лежал один из охранников Пушкиных, сжимая разбитый умнофон в руке. Убийца скрывался в тенях, явно ожидая преследования, и как только Ириниэль почувствовала колебание тьмы, сразу же оттолкнула Машу в сторону, а сама с эльфийской ловкостью крутанулась в сторону, одновременно снимая с бедра плетку. Щелчок, дернув на себя плеть, девушка опрокинула кудесника на спину, пока тот торопливо шептал заклинание. Осколок камня со свистом пронесся рядом и выбил щепки из деревянной отделки, однако кудесник уже был мертв — он хрипел, пока вонзившаяся в шею сосулька окрашивалась в розовый из-за пульсирующей крови, щедро вытекающей из пробитой аорты.

Маша шумно дышала, но быстро поднялась. Невербальное заклинание в стрессовой ситуации у нее получилось куда легче, чем она думала. Мысленно поблагодарив Петю за развитие ее магического дара, девушка помахала Ириниэль.

Та кивнула и приложила палец к губам. Впереди был кто-то еще, и теперь с опаской возвращался на шум.

Ириниэль бесшумно разбежалась, скрывая себя в тенях, и запрыгнула на комод с цветком, оттуда на шкаф с вазами и подобралась ближе к арке, ведущей к развилке.

Струя пламени полыхнула через арку, а следом в коридор выскользнул еще один силуэт, вооруженный светящимся от ледяного зачарования коротким клинком. Увидев силуэт за таящей ледяной стенкой, кудесник проскользил по полу и чиркнул по ногам противника, однако слишком поздно понял, что за стенкой лишь снеговик, отдаленно напоминающий Машу.

Ириниэль тем временем спрыгнула на кудесника в капюшоне, и тот успел лишь вскрикнуть, когда теневые клинки отрезали ему руки. Пнув тело с болтающимися на обрывками ткани обрубками в сторону напарника, Ириниэль метнулась следом и окутала шею владельца ножа плеткой. Резкий рывок — и с неприятным хрустом шея сломалась, тогда как причитающий кудесник сквозь боль пытался сотворить новое огненное заклинание.