Кому-то, кто не трех с половиной вековой чародей, в прошлой жизни добравшийся до ранга Великого Мага. Я все эти плюсы и дополнительные возможности мог использовать так же естественно, как дышать. В моём случае вообще, с учетом Внутренних Печатей Хельги, оказавшихся действительно значительно более совершенной магией, нежели мои Сигилы, все эти преимущества оказались существенно сильнее, чем у прочих. Даже сильнее, чем я рассчитывал. Не зря терпел боль, когда моя невеста переделывала уже нанесенные мной Сигилы и наносила Печати на слои шестого и седьмого ранга.

В общем, я успел среагировать и выставить барьер из стихии-антагониста Тьме, что была основой магии своеобразных, здоровенных копий. На мелкие я тратиться не стал — от них в любом случае угроза минимальна. Чуть вогнутый наружу прямоугольник возник перед тремя самыми здоровенными, по шестнадцать метров в длину, снарядами. Сияя белым, ослепительным свечением и окутанный Золотыми Молниями.

Меня же самого окутали Желтые — для ускорения плетения чар. И защитные чары на основе Света, пусть далеко и не самые эффективные из доступных мне, но за неимением времени показавшимися мне лучшим выбором, успели вовремя. Все три копья дружно, одновременно ударили по моей защите — и меня тряхнуло от боли отката и злых, искусных чар, наложенных на копья-артефакты.

Откат был вызван разрушением моего барьера — все три снаряда, задержавшись лишь на миг, пробили его. Да, потратив часть ударной мощи и вложенной в них маны, да и скорость полета упала раза в два — но главное они сделали. Да ещё и неведомый гений-артефактор врага расстарался над этими порождениями сумрачного гения темной магии — мощные и очень качественные чары отслеживали поток маны того, чья магия соприкасается с этими снарядами и бьёт по нему довольно мощным проклятием. К счастью, я успел среагировать вовремя и выжег эту заразу Фиолетовыми молниями.

Три снаряда, пусть и несколько потерявшие в силе, вонзились в бок тяжелого крейсера. Навылет не прошли — но, застряв, начали распространять вокруг себя темную магию. К счастью, конкретно эти снаряды были предназначены не для борьбы с тяжелыми, закованными в зачарованную сталь воздушными судами — среди нескольких выплеснувшихся проклятий не оказалось чар коррозии или чего-то подобного, иначе пришлось бы совсем худо. Но и без того ядовитые эманации заработавших на полную катушку вражеских чар были смертельно опасны для живых людей, и уже начинали распространятся по судну.

— Монахи! — взревел Саша. — К месту удара, быстро!..