— Мы не сможем взять штурмом их столицу, пока в ней столько Великих Родов со своими войсками, в том числе и элитными, Магами Заклятий и прочим. А ещё там лейб-гвардия их Императора, способная в одиночку заменить четверых-пятерых опытных чародеев восьмого ранга. Не стоит забывать и о том, что в городе больше полутора десятков ветвей Рода Романовых, обычные дворянские Рода… Плюс не забывай — это столица русских. Эти варвары, надо признать, поднаторели в искусстве возведения крепостей и замков. Не хочу даже думать о том, какой кровавой баней стал бы штурм этого города при текущем соотношении сил…

— Но у нас есть выведенные химерологами твари, орды демонов, пушечное мясо в линейных полках и дивизиях — всю мощь Петрограда можно было бы сточить о них, а уж затем ударить элитными силами, сломив истощенных сражением…

— Анна, дорогая, — перебил её принц. — Я очень ценю тебя и твой талант — всё же у нас на всю Британию лишь трое Магов, специализирующихся на Пространстве. Однако это не значит, что ты можешь указывать мне, что делать, как и когда.

Анна внутренне поежилась — она лучше всех знала, каков стоящий перед ней человек. Что он из себя представляет не снаружи, не в бесчисленных образах, что он играл в зависимости от ситуации, а то, каков он на самом деле. Знала, какие страсти кипели в его душе, знала о его жестокости, нет — бесчеловечности даже по меркам британской высшей аристократии… В общем, будучи не один год одной из его любовниц, причем проводящей с ним времени больше остальных, она прекрасно понимала, что скрывается за этой маской вежливости и спокойствия.

— Простите, Ваше Высочество, — склонила она голову. — Я забылась…

— Называй меня по имени, Анна, — внезапно заявил он. — Иди сюда!

Ухватив заруку прекрасную чародейку, не ожидавшую подобного, он притянул её к себе. Заставив встать напротив себя, он развернул её спиной и крепко прижал к себе.

— Смотри, — негромко сказал принц. — Смотри внимательно, Анна. Что ты видишь?

— Флот, Ваше… Генри, — осторожно ответила волшебница. — Большой флот.

— Ты смотришь, но не видишь, — с усмешкой сказал Генрих. — Ты не вдумываешься в суть происходящего, моя дорогая Анна, не улавливаешь содержания происходящего прямо у тебя на глазах, да что там — с твоим прямым участием! И при этом пытаешься давать мне советы…

Анна замерла, ожидая продолжения. Сегодня принц открылся ей со стороны, которую она доселе не видела. В его словах звучала подлинная, настоящая страсть, от него исходило странное напряжение — и он не играл очередную роль, а был самим собой, что случалось редко…