Ибо телепатией сейчас воспользоваться ни у кого не имелось возможности. У меня был один рискованный, граничащий с авантюрой план, и я намерен был изложить его на этом совете — а потому меры по защите от чужих ушей я принял максимально серьезные. Настолько, что теперь даже телепатия здесь не работала.
— Действительно, — подала голос Алёна, тоже вызванная сюда. — Судари и сударыни, давайте не будем мешать обсуждениям… Мой господин, думаю, настроения наших союзников уже достаточно понятно. Может, изложите свой план?
А вот теперь заинтересованность засквозила даже в глазах Шереметьева. Чтож, думаю, Алена права — я хотел это сделать позже и в присутствии командующего Прибалтийским фронтом, но придется сделать это сейчас. Иначе уже завтра больше половины бояр просто полетит назад…
— Друзья мои, мы уже пятый год в этой вязкой, изматывающей и бесконечной войне против практически всего мира, — прокашлявшись, начал я. — Мы одерживаем победу за победой, бьем врагов по всем направлениям, но…
Я окинул взглядом присутствующих и зло, недовольно продолжил:
— Этой войне попросту не видно конца. Каждая победа обходится нам в десятки, а иногда и сотни тысяч погибших. В захваченные и разграбленные крупные города, в десятки городов поменьше, в тысячи деревень и сёл, в разрушение промышленности в атакованных регионах, в почти полный крах экономики на местах — далеко ходить не надо, я собственными глазами видел, в каком состоянии Хабаровск и Магадан, что с Приморским краем в целом — а ведь там мы победили…
— То же можно сказать и о некогда самой густонаселенной, безопасной и процветающей губернии в Российской Империи, которая по своему людскому и экономическому показателям была сравнима с той же Испанией. Александровская губерния, которой не повезло пережить две полномасштабных войны… Особенно вторую — когда они оказались один на один с армиями Цинь. Или…
— Прости, что перебиваю, Аристарх Николаевич, — подал голос Федор Шуйский. — Мы поняли ход твоей мысли. Переходи, пожалуйста, от примеров к выводам и конкретным предложениям. Ещё раз прошу прощения за свой поступок, господин Глава Рода.
Да, что-то меня и правда немного понесло. Не привык такие речи перед такой толпой разношерстных и неподконтрольных мне аристократов произносить. Кивнув Федору, я продолжил:
— Мысль моя проста — война всегда идет на нашей территории. И всегда в результате враги теряют лишь некоторое количество воинов, техники и магов, а мы теряем население, экономический и производственный потенциалы. Мирное население, которое и порождает миллионы низших магов в войска, отдает часть урожая в уплату налогов, идет в солдаты и так далее… Мне надоело, что полем боя и затем выжженной землей становятся наши земли, и ко мне пришла одна простая, логичная и очень интересная мысль — а почему, собственно, не ответить врагу ударом не по его армиям, готовым к схватке, а туда, в его тылы, в мягкое подбрюшье, оставшееся почти беззащитным?