Мне очень хотелось освободить заточенные внутри души, но как это сделать я не вполне представлял. Красные Молнии помогли лишь возможностью напрямую соприкоснуться с содержимым, но управлять я им не мог. Фиолетовые Молнии могли, пусть и с трудом, ослабить, ато и развеять эту магию, но тогда кристалл просто взорвался бы, использовав всю имеющуюся ману для детонации. Даже один камень мог бахнуть так, что Ольфир рисковал вновь отправиться в бессрочный отпуск прямиком на землю. И на этот раз почти без шансов на повторное восстановление.

В общем, наскоком тут дело не решить. Чтобы разобраться в тайнах кристалла хотя бы на уровне, необходимом для того, чтобы научиться управлять заключенными в нем силами и выпустить на свободу заключенные там души мне понадобится хотя бы несколько недель, а то и месяцев, работы. И не в полевых условиях, а у себя в Родовом замке, где в моём распоряжении будут Чертог Чародея, мои алхимическая и артефакторная лаборатории, не говоря уж о Великом Источнике.

Несмотря на все отвращение, что я испытывал к этому трофею и его создателям, как чародей я не мог не признать — тут проделана колоссальная работа. Создатели этой гадости несомненно заслуживают отдельного котла в Аду, но при этом они гении.

Даже я, бывший Великий Маг, со всеми своими знаниями, не сумею так хитро и надежно заблокировать посторонним малейшую возможность воспользоваться энергией накопителя маны. А этот кристалл, несмотря на всю свою сложность и прочее, по сути своей просто очень мудренный и чудовищно емкий накопитель весьма специфической энергии.

— Маргатон, — позвал я наконец.

— Долго ж ты тянул с самым главным, Пепел, — пару секунд спустя отозвался Владыка Крови. — Это какое-то новое твоё извращение — откладывать важнейшее на потом?

— Ты меньше суток ждешь, — ответил я. — По меркам тебе подобных это даже меньше мгновения, так что не жалуйся. Лучше давай обсудим судьбу кристаллов.

— Давай, — согласился он. — Моё предложение ты знаешь — я готов обменять, выкупить, получить авансом за будущие услуги все одиннадцать камней, но крупнейший — в особенности. Что ты за них хочешь?

— Я соглашусь отдать тебе шесть обычных кристаллов, — решился я после некоторого молчания. — Но у меня четыре условия.

— Слушаю.

— Первое — ты освободишь все души во всех кристаллах, и в моих, и в своих, — заявил я. — Второе — ты поможешь мне получить полный контроль над моими кристаллами. Как по мне — очень щедрое предложение. Третье — ты продолжишь удерживать всех моих пленников в своем пространственном кармане, готовый предоставить их в любой момент. Четвертое — если мне понадобится принести их в жертву для какого-либо ритуала, то ты мне с ним поможешь. Не лично, разумеется, настолько наглеть не буду, но помогать будет кто-то из верхних кругов твоих слуг.