Но реальность была такова, что вот он, Великий Маг, идёт в трёх шагах от них с вампиром, и не верить его словам было совершенно невозможно. Ибо и он, и пленник, которого он, вообще-то, по идее должен был контролировать, чувствовали всеми фибрами своей души тончайшие, едва уловимые волны магии. Магии столь тонкой, сложной и насыщенной такой мощью, что и пленник, и конвоир содрогались всей душой от того, что чувствовали.
Дело было даже не в силе как таковой. Да и слабенькое марево, исходящее от молодого с виду чародея, тоже не выглядело особенно эффектным. Попроси их обоих кто-то описать, в чем дело и почему они так дрожат, они бы не нашлись, что сказать. Это было нечто выше их понимания, и именно это вызывало такой страх… а так же трепет и невольное уважение. Они всеми фибрами своих душ чувствовали нечто запредельное, выходящее за рамки всех представлений о магии, и на этом фоне особенно ярко осознавали собственную ничтожность. Весьма неприятное чувство, к которому Олег совершенно не привык — любой Старший Магистр в любом государстве мира был весьма уважаемым членом общества, частью истинной элиты государства. Да, выше стояли Архимаги и Маги Заклятий, но обладателей седьмого было очень мало… Не говоря уж о почти легендарных Магах Заклятий, которых подавляющее большинство даже аристократов могли ни разу в жизни не увидеть.
Собственно, миссия самого Олега оказалась чистой формальностью. Одного взгляда на трясущегося от ужаса вампира было достаточно, чтобы понять — пытаться лгать вот этому, что шагало, напевая странные песенки, он бы не решился ни за что и никогда. Собственно, если бы Аристарх Николаев-Шуйский изначально явился в допросную и продемонстрировал свою ауру, никаких услуг Старовойта не потребовалось бы, ибо кровосос впереди своего визга принялся бы отвечать на все вопросы, от спешки прикусывая собственный язык. Ибо такое существо, как Великий Маг, вполне могло бы не просто умертвить плоть пленника — с этого сталось бы и искалечить его душу так, что никакое посмертие и покровительство Демонического Бога не помогли бы.
Они шли уже три дня, и эти три дня были на редкость познавательны и интересны для чародея. Творящий непонятную, но явно великую и чудовищно сложную магию волшебник при этом был вполне в состоянии поддерживать диалог — и раз уж им выпало провести вместе не один день, он решил начать выполнять свою часть сделки, касающуюся награды лично для Олега, заранее.
Он не учил его новым чарам, нет. Подобному не учат вот в спешке и на ходу, да и для этого требуется практика под присмотром учителя, что будет поправлять ошибки в плетениях и страховать от того, чтобы ученик случайно себя не травмировал. Учитывая же, что вообще-то их миссия явно была секретной — разбрасываться боевой магией на ходу было бы равносильно тому, чтобы открытым текстом заявить возможным наблюдателям, что они идут.