— Не пробовал подобного, но как по мне — шанс потерять и человека, и сердце примерно девяносто процентов, — пожал я плечами.

Мы некоторое время помолчали, думая каждый о своем. Федор Шуйский вновь налил нам обоим прекрасного напитка — выдержанный и дорогой, больше алхимическое зелье, чем алкоголь — и уставился в камин, сам собой вспыхнувший от его взгляда.

Явно ведь о чем-то поговорить хочет, но молчит, тянет резину. А ведь сегодня ещё и мамой, братом и сестрой идти в театр — там обещали поставить какую-то новую пьесу из Британии, и женская половина моей родни поставила перед фактом меня и Руслана, моего младшего брата — мы идем сопровождать дам и наслаждаться культурным досугам. Мол, хватит с меня этих ежедневных попоек с боярами и кутежей в ресторанах — о нас уже слухи самые дикие ходят…

— Аристарх, — наконец заговорил Федор. — Я не должен говорить тебе то, что собираюсь сказать, но я всё же нарушу приказ Главы своего Рода. Но перед этим, пожалуйста ответь мне откровенно на несколько вопросов — поверь, это важно.

— Ну, если будете интересоваться чем-то таким, что я предпочту не раскрывать — ответа не ждите, — предупредил я. — У всех есть свои секреты.

— Хорошо, — кивнул он. — Вопрос первый — что тебе известно о гибели твоего отца?

— Только общеизвестные факты, — вздохнул я. — Мне было объявлено, что он заболел, а через три дня пришла весть о его гибели. Причина — какой-то невероятно редкий яд, которым его умудрились отравить враги… Какие именно — тоже, вроде как, до сих неизвестно.

— И ты искренне считаешь, что это сделал Леонид?

— А кто ещё? Логично предположить, что тот, кому это выгоднее всех, и был тем самым загадочным отравителем.

— Понятно… И что ты намерен с этим делать? Забыть и простить? — прищурился он.

— Каким бы мерзавцем по моему мнению не был нынешний Глава — он мой родич, — ответил я неспешно. — Да и вообще — реши я мстить, я бы скорее в Роду остался и всеми силами пытался бы доказать свою верность и полезность Леониду. Я не желаю иметь с ним ничего общего, но и конфликтовать с кровной родней тоже не хочу. Тем более никаких подробностей я не знаю и вполне допускаю мысль о его непричастности. Хоть и не верю в это, но допускаю.

— И главное — каковы твои планы на основанный тобой Род? Намерен стать вассалом Романовых и за век-полтора дорасти до уровня Великих Родов?

— А этого я ещё и сам не решил, — ухмыльнулся я. — Будущее покажет.

Ну да, вот так вот возьму тебе сейчас и все свои планы на жизнь распишу поэтапно. Федор, помолчав некоторое время в ожидании продолжения и поняв, что его не будет, вздохнул и потёр переносицу.