— Ну, в обычное время на плаву его поддерживает магия — руны снижения веса, руны левитации и прочее, — пожал плечами полковник-инженер… Или фортификатор, если уж быть совсем точным. — Но близко к суше эта махина никогда не подплывала — расход топлива становился совсем уж неприличным. Он и здесь-то плавать начинал лишь в боевой обстановке, предпочитая обычно просто сидеть килем на дне… Неужто не видел, как они корабль топили?

— Я был занят — там, с западной стороны, если помнишь, китайцы вместе с отрядами индийских наёмников едва стену не взяли штурмом, — пожал он плечами. — Насилу отбили супостатов… Так чего с дредноутом приключилось? Куда он тонет-то?

— Самураи призвали нескольких Младших Божеств в реальный мир, а китайцы натравили на несчастную посудину стаю своих драконов, — пояснил его коллега. — Бой выдался жарким — они даже пару своих дредноутов подвели, да только им пришлось отойти, артиллерийскую дуэль они не выдержали. Однако дело своё сделали — два остававшихся линкора ныне на дне. Там схватка совсем уж по крупному пошла, и кто-то пустил в ход высшую магию пространства. Под кораблём сейчас некая аномалия, куда он, собственно, и проваливается…

Два полковника некоторое время помолчали. Пожилой фортификатор спокойно попыхивал трубкой, глядя на морскую гладь затуманенным взором — мыслями пожилой чародей был явно не здесь. А вот его товарищ, наоборот, глядел только и исключительно на погибающую гордость тихоокеанского флота Его Императорского Величества — на дредноут Юрий Романов, названный так в честь дяди нынешнего Императора, бывшего главы Адмиралтейства, скончавшегося пару десятилетий назад.

— Хороший был человек и отменный морской волк Его Светлость Юрий Никитич, — угрюмо бросил полковник пехоты. — Даже я, человек насквозь, так сказать, сухопутный, знал это. Жаль, что названный его именем дредноут так бесславно сгинул…

От тонущего судна раздался грохот и треск, прервавший речь чародея — верхняя палуба в кормовой части судна лопнула, выпуская гигантскую драконью голову. Ящер был не европейского типа — с четырьмя могучими лапами, мощным торсом и длинной шеей, а азиатский, с вытянутым змееподобным туловищем, длинными усами-вибриссами и короткими лапами.

Могучая тварь, способная одолеть в одиночку троих-четверых Младших Магистров, выглядела потрёпанной. Изорванная, во многих местах пробитая чешуя, потоки крови, льющиеся из многочисленных ран, выбитый глаз… Несомненно, силы вторжения одержали верх над гордостью Имперского океанского флота — но победа эта далась им большой кровью.