— Правильно, правильно, — приговаривал я. — Кому нужна помощница без задницы.

Девичий кулачок больно ударил меня по икре.

Я встал у второй двери и отряхнулся. Помог подняться остальным, и проход открылся.

— Сын? — осторожно проговорил отец.

Я почувствовал, что в комнате собралось семь одаренных.

— Пап, я захожу, — смеясь проговорил я. — Тапками не кидайтесь. А то ненароком мандарины помнете, я вас потом спасать не буду.

— Сын, — заулыбался отец и раскинул руки. Остальные бойцы стояли готовые к бою.

Я обнял батяню и приподнял, сжимая до хруста костей. От него пахло его любимым одеколоном, который уже лет десять не производят.

— Папаня! — радостно протянул я. — Всё, отбой, бойцы! — зыркнул на охрану.

Дядь Паша кивнул, и все расслабились. Я подошел и пожал ему лапищу, а затем и каждому бойцу.

— Представлять отдельно не буду, — пояснил я. — Пошлите наверх, чтобы не повторяться.

— Спят уже все, — сказал отец. — Разве что мама, может, зачиталась.

— Это хорошо, — потер я руки. — Будет утром сюрприз! — предвкушающе проговорил я.

— Как я по этому скучал, — потрепал меня по волосам отец.

— Скажи слугам, пусть гостевое крыло подготовят. И парней отпустите.

Глава СБ кивнул, бойцы поднялись, а сам он остался. Теперь можно и познакомить.

— Это моя правая рука — Джи-А. Урожденная Чон.

— Кто? Чон? — переспросил отец. — Чон. Чон. Чон, — проговорил он, вспоминая.

— Южнее бери, — уже вспомнил дядя Паша.

— Та самая Чон, — перевел взгляд с нее на меня, наконец, нашедший нужный файл в памяти отец.

— Та самая, — кивнул я.

— А официально она… — дал он мне шанс закончить фразу.

— Его слуга! — проговорила Джи-А. Воспитал троллей, блин.

Отец с дядькой переглянулись.

— А это… — едва сдерживая ликование, продолжил я представление. — Безымяныш.

— Угу, — кивнул отец.

— Мой ученик.

— Мне больше нравится воспитанник, — с гордостью добавил подопечный.

— Урожденный… — уже понял суть постановки отец.

— Асакура-Обата! — заявил я. — Му-ха-ха-ха! — добавил злодейский смех.

— Хоккайдо, — задумчиво проговорил Павел Николаевич.

Благодаря семье Аоки они отлично знали историю той войны. В отличии от меня, который до сих пор не особо разобрался.

— Я даже боюсь представить, как это всё вышло, — проговорил отец.

— Надо было еще дедушку Лао Юя взять, — заключила Джи-А.

А я с такой гордостью на неё посмотрел.

Глаза отца и дядьки еще сильнее округлиться просто не могли.

Безымяныша и Джи-А слуги повели в комнаты. Я ушел в кабинет к отцу.

Дядь Паша по старой привычке подпер собою дверь.

— Насколько ты доверяешь своим людям, Арс? — спросил главное для себя он.