Честно говоря, на уровне аватара стихий отлично чувствуешь работу человеческого тела и понимаешь, что большая часть происходит от инстинктов, вот и сейчас, я ощущал, что рептильный мозг уже оценил генетическую редкость самки и заключил, что потомство будет хорошим. Я прогнал дурацкие мысли и сказал:

— Очень интересно, но я так и не понял, как вы сюда попали.

— Мы энергетические мимики, копируем облик бругсов. Собственно, поэтому мы можем почти свободно перемещаться. Уже тысячу лет мы скрываемся, чтобы ушедшие не прознали о нас и тихонько подворовываем часть пленников во время сбора урожая, чтобы имелось генетическое разнообразие. К тому же иногда таконами закидывают на планету группу людей, и смотрят выживут ли они. Мы инсценируем их смерть и уводим к себе.

— Так зачем вы пришли? — спросил я, уже начиная догадываться.

— Мы давно не видели такого ожесточенного сопротивления. Мы можем помочь. Смимикрировать под ваш вид. Есть те, кому наша жизнь не мила. Порядка полутысячи человек. Немного, но все же это опытные воины и воительницы, которые готовы встать на вашу сторону.

— Тогда спрошу то, что уже задавал сегодня. Почему вы нас не предупредили?

Повисла тишина.

Гнев я выплеснул на бругса, так что на этих злиться не стал. Всё и так понятно, положение у них и без того незавидное.

— Когда у нас начало получаться. Когда вы увидели, что мы, откровенно говоря, побеждаем, вы решили помочь.

— Вы должны понять. Мы уничтожены как вид. Популяция на всей планете меньше десяти тысяч. Семь общин. Мы не могли рисковать.

— Но рискнули. Рискнули и хотели попросить людей взамен пяти сотням воинов, верно?

— Верно. Это справедливо.

— Справедливо, — усмехнулся я. — Полтысячи стариков и старух, пусть и с необычным даром, взамен на обновлении крови популяции, еще и наверняка десять к одному хотели? Убежище предлагали, да?

— Мы надеялись сторговаться на пять к одному.

Я фыркнул.

— У вас морозный мир, да?

— Да. Планета один большой ледник.

Я кивнул.

— Что ж… на ваших условиях, мы, конечно, не договоримся. Но кое-что у нас всё же выйдет. Есть одна северная страна, что сможет принять какую-то часть гостей, — улыбнулся я.

* * *

Прежде чем бросаться в авантюру, что я задумал, следовало подчистить хвосты. Раздать долги. Проредить орденцев. Радиус моего чутья растянулся на десятки километров. Так что логово приспешников ушедших я мог теперь и под землей вычислять. Но этого не потребовалось. Романов всё чаще удивлял, и в этот раз он пришел ко мне среди ночи и сказал, что видел, где прячется Византийский. У них особая связь, старый интриган, когда-то курировал дела его брата, так что не удивительно, что даже такой узкозаточенный провидец, все же смог поймать волну прозрения за пределами своего базового спектра.