Вечером я занёс Минхе тезисный план речи. Там кратко был рассказан наш алгоритм действий. В конце глава острова добавила духоподъёмную речь, о том, что на Чеджу уже падали схожие беды. Почему-то хотелось с кем-то поделиться, что в другом мире остров пережил события и похуже. Эта мысль жглась изнутри, и я не стал сдерживаться.

Мы как раз пересеклись с Джи-А в моём рабочем кабинете в убежище.

— Я хотел тебе кое в чем признаться, — сказал я.

Жена села на край стола внимательно глядя мне в глаза.

— Это не первая моя жизнь. Я пришел из мира, где не было табура. Поэтому я был не погодам развит. А не потому, что я какой-то суперталант. Всего лишь опыт ещё одной жизни.

Про целую плеяду миров, что я спасал, говорить не стал. Может, когда-нибудь потом.

Несколько минут она молчала, видимо, вспоминая все мои странности.

— Тот разговор. Я тогда возмутилась, что слишком давишь на Такеши. Ты сказал «этот мир». Я сказала «будто есть и другие». Ты еще так уверенно ответил «Конечно есть. Только на этот они мало похожи». И начал что-то про кирпич рассказывать.

Я засмеялся, вспоминая. Как же давно это было.

— Ты тогда говорил серьёзно, — уже не спросила, а утвердила она.

Я кивнул.

— Я верю тебе, — сказала Джи-А.

И даже никаких вызовов врачей и криков, что я сошел с ума.

Она села мне на колени и поцеловала меня.

— Мы справимся, — сказал я. — В том мире Чеджу выбирался из куда более худшей ситуации. И тогда виной всему были люди.

— И снова я тебе верю.

* * *

Говорить Седовласке не очень нравилось. К тому же это не особо и требовалось. Простого «да» или «нет» было достаточно для девяноста процентов её коммуникативных нужд. Хотя иногда сестры, Маша и Анютка, упорно делали вид, что не понимают, что ей необходимо, пока не попросит нормально. А вот Славик… Слава всё понимал и без слов. Жаль он уехал.

Сказовы вышли все семьёй под охранной.

— Мы не будет жить под землей, как кроты, — уверил всех глава семьи.

Если что-то случиться, они успеют укрыться.

Седовалска подошла к приёмному отцу и подергала за рукав. Мужчина посмотрел на нее, кивнул на то, как она приложила ладонь к уху и выдал телефон.

Девушка набрала номер по памяти. После первого же гудка в трубке раздался знакомый голос Славы:

— Отец! Алло. Па-а-ап! Всё в порядке?

— П-ппривет, — тихо выдохнула юная леди.

— Седа! — обрадованно откликнулся парень, и щеки девушки вспыхнули. Она спрятала улыбку, хотя никто за ней и не поглядывал.

— У тебя всё хорошо? — спросила она.

— Да. А у тебя?

— Когда приедешь? — продолжила допытываться Седа вместо ответа.

— Не знаю. Тут я эффективнее могу перемалывать этих тварей. В своей стихии я почти неуязвим. Дома я не буду и в половину так силен. Понимаешь? Это как водный табурщик в воде и на суше. Два разных бойца.