— И о чём хотели поговорить? — обратился Герману к следователю ФСБ, как тот представился ещё вчера, позвонив на служебный телефон.

Майоров был против встречи с «прокурорским», так что ещё неделя у Андрея ушла на уговаривание, и тот согласился, но всё равно был недоволен тем, что Клевакин хочет непосредственно встретиться со Смирновым. Особой любви прокуратура к ФСБ не испытывала, а после крушения союза бывший комитет вообще не воспринимала, как грозную и пугающую организацию.

Времена другие, и вести какие-то оперативные мероприятия или следственные действия, а уж упаси бог, задержать сотрудника прокуратуры можно было только с согласия вышестоящего руководителя. Таких разрешений за последние годы можно было пересчитать по пальцам одной руки.

Так что желание Клевакина о посещении Германом здания УФСБ выглядело немножко, если можно так сказать, определённой наглостью со стороны следователя. Поэтому он был почти вежливо послан в пеший эротический маршрут, но потом Герман согласился встретиться в непринужденной обстановке, назначив место встречи.

— Что же вы, Герман Михайлович, — начал Клевакин, — не захотели встретиться в здании УФСБ? — прозвучало достаточно язвительно и провокационно.

— А должен? — твердый взгляд Германа уперся в переносицу его собеседника, не стараясь уловить взгляд. Подобные небольшой психологический трюк выводил из себя оппонента, чем он и воспользовался, не собираясь предоставлять собеседнику каких-либо преференций.

— В определённых обстоятельствах и при определённых подозрениях… — внимательный взгляд Клевакина следил за поведением «прокурорского».

— … Я уже подозреваемый? — приподнятая от удивления бровь Германа показала его недовольство. — Уверены?

— Нет, — смутился Клевакин. — Я не это имел в виду.

— Тогда что, вы, имели в виду?

— Послушайте, может спокойно поговорим? — пошел на попятную следователь.

— Не я начал со слов: «подозрения», — пожал плечами Герман. — Мне, кажется, этим вы на себя взяли ношу, которую можете не унести.

— Хм-м, — Клевакин опустил взгляда, а потом решился. — Я хочу узнать, что вы знаете о компании «Титан» и какие у вас отношения с её руководителем Типикиным Алексеем?

— Вы же понимаете, что я могу не отвечать на этот вопрос? — судя по дернувшейся щеке следователя, ему не понравилось услышанное. — Но я отвечу, — неожиданно добавил Герман. — Мы с ним учились в одной группе в академии в Екатеринбурге. Так что в приятельских, а скорее… — небольшая пауза, — дружеских отношениях. Поэтому общаемся. Что здесь странного?

— Но ведь Типикин не из Перми, а Екатеринбурга?