— Ты кто такой? — резко повысил голос гопник. — Да ты знае…
Почти незаметный удар под дых — вопрошающий сложился в поясе, удерживаемый ударившим его.
— Э, вы чё, мужики! — попятился второй хулиган от стоявшего перед ним второго мужчины. — Мы ошиблись, вы ошиблись и… — и заскулил, когда его поймали на «болевой» за пальцы выставленной вперёд правой руки.
— Простите! Милиция, — завил тот, кто первым ударил под дых гопника, выводя его в согнутом состоянии, удерживая за заломленную руку. — Отдыхайте дальше, — сопровождаемый вторым, тащившего за шиворот второго хулигана.
— Андрей, наш разговор перестал быть для меня интересным, — никак не отреагировавший на произошедшее Герман, решил закруглиться. — Давайте попрощаемся и не звоните мне больше, — он встал и подал руку Клевакину, а затем ушел из кафе.
«Что с ними делать?» — пришло смс от одного от оперативников Романа, утащивших помешавших разговору следователей алкашей.
«На три часа сдайте в местный ОВД. Пусть там посидят три часа, охолонут», — отстучал ответный смс Герман.
«Принял!» — пришел ответ.
Глава 19
— То ли он конченый дурак, то ли… я не знаю, — всё ещё находясь в несколько недоумённом состоянии после общения со «следаком» из ФСБ, Герман заказал у официантки свой любимый морс.
— Так чего конкретно он хотел? — напротив Германа сидели Алекс, Манар и Роман, который задал вопрос.
— А я знаю? — отвечать на этот вопрос Герман не стал, да и не знал, что отвечать. — По мне, так ерунду всякую спрашивал.
— «Прокачивал»? — очевидный вопрос для «опера».
— Я бы так подумал, если бы я пацаном лет 15-и был или человеком, который работает продавцом в магазине, и никогда в юридическом вузе не учился, — ответил ему Герман. — Иначе это глупость какая-то. Хотя… — он задумчиво отпил свой любимый морс.
— Чего придумал? — подал голос Манар.
— Я думаю, — очнулся от раздумий Герман, — можно сказать одно точно. У них, — он поднял к потолку палец, — ни-че-го — нет! — произнес по слогам. — Действовали на арапа.
— Может быть, — согласился с ним Манар, глянув на Алекса.
— Это опасно для нас? — тихо спросил тот у их главного юриста.
— Сомневаюсь, — отрицание очевидного было естественным выражением своего мнения.
— Наши действия? — Роман был заточен на действия.
— Да никаких, — совершенно спокойно ответил ему Герман. — Меньше суетимся. Нет у них ничего. Поосторожней надо быть, но без фанатизма.
* * *
— Непростой парень. Очень! — Клевакин сидел в кабинете Майорова, докладывая ему о встрече со Смирновым. — Я его «качал» и так, и эдак. Он никак не реагировал, будто механизм какой, без эмоций и волнения.