Сейчас он работал в этом отеле, а по вечерам, три раза в неделю он преподавал и тренировал мальчишек в одном небольшом спортивном зале. Преподавая им древней искусство — муай тай.
Поэтому мог вполне профессиональной заявить и констатировать, что перед ним находится боец экстракласса. А с учётом роста и массы русского, он сломает любого тайского бойца, это он мог с уверенностью заявить.
Припоминая сейчас выступающих на рингах профессиональных бойцов, Прасет просто не представлял, кто бы смог выстоять против этого воплощения Ханумана, будто действительно спустившегося на Землю.
Перед глазами Прасета сейчас боец показывал высочайшее искусство муай тай, а его тело — с хорошо развитой мускулатурой; почти без подкожного жира и гибкое, как у кошки было просто идеальным.
Только вот Германа утомило повторение приёмов из муай тай, так что он, как обычно, начал валять дурака. Решив на полную использовать возможности своего тела, совершая различные акробатические эффектные, но для другого бойца совершенно неэффективные приёмы и удары.
А Прасет стал свидетелем того, как боец в течение десяти минут стал показывать просто что-то невообразимое и ранее не виданное: резвясь в воздухе так, будто для него не существовало силы тяжести.
Нет, многое из показанного для Прасета было не в новинку. Показываемые приёмы были из карате, тхэквондо и того же муай тай, но с дикой скоростью и большей частью исполняемых прямо в воздухе.
— Ха! — любимым ударом правой ногой с разворота назад в прыжке по воображаемому противнику, Герман закончил тренировку и застыл, ощущая, как хорошо разогретое тело отзывается приятной тяжестью и выбросом энергии. — Ты чего, дядя?
Повернувшись, увидел, что метрах в двух от него стоит местный азиат, который без остановки кланялся и что-то лопотал по-своему.
— Слушай, я ни хрена не понимаю, чего ты говоришь, — Герман на английском попытался объясниться с тайцем, а тот осознав, что русский его не может понять, сложил руки перед грудью и пятясь и кланяясь без остановки, удалился за ближайшие подстриженные кустарники.
— И чего хотел? — поднял брови Герман, а потом плюнул и ушел в дом, чтобы помыться в душе.
Глава 4
Спустя где-то час, позевывающий народ начал подтягивать к дому Романа и Марины, располагаясь на лежаках, ожидая, пока вся компания соберётся, а потом всей толпой сходили на пляж, когда подошли отстающие Алекс с Катериной.
Купались, загорали и наслаждались отдыхом до шести вечера, а потом вернулись в свои дома, чтобы отмыться от морской воды, переодеться и отправиться на ужин.