— Не, дети гуляют, а тут такая некрасивая клякса на асфальте, — он передумал, решив, что не стоит, а потом успевшее обмочиться от ужаса тело одним движением было закинуто на крышу.
Тело содрогалось в судорогах от пережитого ужаса, лежа на спине, ощущая изодранные в кровь руки, ободранные об жесткую бетонную крышу. Глаза лихорадочно отыскали фигуру, что отвернулась, посмотрела ещё раз на город, а потом одним прыжком оказалась рядом с Куравлевым.
— Крак! — раздался влажный хруст. — Крак! — и забившееся от боли тело на крыше.
— За всё в этой жизни надо платить, — ещё раз было произнесено, а потом неизвестный будто исчез с крыши, оставив корчиться от дичайшей боли на крыше тело.
Глава 14
— Герман, твою мать, ты где шляешься? — он даже в кабинет не успел зайти, как на него накинулся Кузнецов. — У нас массовое убийство, а ты где-то с утра ходишь.
— Чё сразу шляешься⁈ — обиделся Герман, кивнув сидевшему в этом же кабинет Титову. — Я утром в городской администрации был, документы забирал в канцелярии, а потом сразу сюда.
— А опера тебе зачем? — не успокаивался начальник. — Послал бы кого из них.
— Они преступников должны ловить, а не за бумажками ездить, — пробурчал Герман, усаживаясь напротив Романа. — Тем более мне по пути было.
— Ты же в курсе, что вчера вечером подорвали автомобиль с четырьмя только что вышедшими из-под ареста из СИЗО?
— Конечно, всё утренние новости этим забиты, да и по радио не умолкают, — подтвердил Герман.
— Роман? — начальник Германа повернул голову к нему.
Тот вздохнул, а потом открыл лежавшую рядом с ним папку и стал выкладывать из неё документы и фотографии:
— У нас тут вот такой натюрморт. Просто неземная «красота», — он подтолкнул к Герману несколько цветных фотографий. — Вон как её раскурочило.
После подрыва огнесмеси машина напоминала какой-то сюрреалистический будто раскрывшийся «цветок»: крыши сорвана и отогнутая лежит на асфальте, а боковины с дверьми выгнуло вбок и вниз.
— Неизвестный произвёл выстрел из РПО «Шмель», — говорил Роман, пока Герман рассматривал фотографии. — В результате — четыре трупа.
— Откуда известно, что это «Шмель»? — решил прояснить ситуацию Герман.
— Эксперт-криминалист, осматривавший место происшествия в армии гранатомётчиком служил, воевал в первую Чеченскую войну. Сказал, что настрелялся из РПГ-7 и «Шмелей» до умопомрачения. И опознал воздействие на автомобиль именно как подрыв капсулы реактивного огнемёта. Но точнее завтра скажет, — ответил Роман на заданный вопрос, пока Герман рассматривал фотографию, сделанную с близкого расстояния, а именно салон автомобиля. Вернее, то, что от него осталось.