Когда мы с Пантази вышли оттуда, я вдруг с удивлением осознал, что и об этом человеке, который казался мне другом с незапамятных времен, а иногда и моим вторым «я», я до сих пор не знал ничего, даже его настоящего имени: в вензеле, украшавшем некоторые его вещи, отсутствовала первая буква имени, под которым он был известен. Однако я не испытывал какого-либо недовольства или разочарования: к радости, которую я испытывал от дружбы с двумя столь уникальными людьми, добавлялось бесценное для меня ощущение пребывания между двумя тайнами, которые, подобно двум зеркалам, поставленным друг напротив друга, создавали бесконечный коридор отражений. Я лишь задавался вопросом, приоткроет ли мне когда-нибудь хоть одну из своих тайн.
Исповеди …sage citoyen de ce vaste univers [20] . La Fontaine
Итак, Пиргу направился в сторону почты, а мы – к монастырю Сэрындар. Туман становился всё гуще, сырость ощущалась всё сильнее, пронзительнее. Мы зашли по дороге к Дюрье, соседнее заведение, располагавшееся за Национальным банком, и выбрали столик в самом дальнем, укромном углу. Но в тот вечер наш друг был не в духе: молчал, не пил, не курил, а лишь постоянно вздыхал и вытирал глаза. После странной вспышки радости, которой недавно предшествовали не менее загадочные упреки Пены, он впал в столь же странную печаль. В таком разбитом состоянии мы его еще не видели. Я исподволь наблюдал за ним и, зная, что в такие моменты облегчение приходит через откровение, чувствовал, что это в скором времени произойдет. И я не ошибся: как только он немного пришел в себя, начал разговор с запинкой и неуверенностью в голосе:
– Я обязан объяснить тебе, друг мой. Не знаю, как ты относишься к тому, что до сих пор я не рассказал тебе о себе, но, прошу тебя, не обижайся, это было не нарочно. Ты проявил ко мне столько дружеского участия, и ради тебя я с самого начала хотел нарушить принятое мною решение оставаться «инкогнито» на время моего вынужденного пребывания здесь, и если я еще этого не сделал, то только потому, что не представилось такого случая. У нас есть что поведать друг другу! Ты дал мне приятную возможность вновь пережить эти тридцать лет путешествий, и с тобой же, если тебе еще не наскучило, я сегодня вечером вернусь в свое детство и юность.
Чтобы совершить путешествие в детство, мы вернемся в Бухарест, потому что я родился именно там. Я появился на свет в Под-де-пэмынт[21] , в родительском доме напротив Виишоары. Однако я потомок иноземцев. – И здесь внезапно он встрепенулся, а в его голосе, как мне показалось, прозвучала нотка высокомерия.