Эрик не стал раздумывать. Он просто попёр сквозь огненную стену. Его бронекостюм раскалился докрасна, но встроенные охладители и его собственная ярость позволили прорваться на другую сторону. Сгоревшее напыление едко дымилось, но не обращая на это внимания, пилот выбросил вперёд руку с раскрытой ладонью. Огромный ледяной серп, крутясь, развалил первую мишень пополам. Трибуны заревели, поддерживая чистую и дикую мощь Берсерка.

С гулким шумом середина поля разошлась по сторонам, выдвигая платформу, на которой возвышался лабиринт из прозрачных, как стекло, ледяных стен, толщиной сантиметров сорок-пятьдесят, абсолютно гладких, без единой щели. Но самое неприятное — они постоянно двигались и перестраивались, как в калейдоскопе, как только Эрик делал шаг в какой-нибудь коридор. Зрителям хорошо была видна мишень — маленький, быстро вращающийся шар в центре лабиринта. Для Берсерка появившееся препятствие подходило как нельзя лучше — он владел Стихией Воды и мог манипулировать атрибутом Льда.

Но произошло неожиданное. Эрика, кажется, привело в ярость постоянное перемещение стен. Он попёр напрямик, просто сшибая, как тараном, стены. Его «Титан» благополучно выдержал разрушение нескольких ледяных перегородок. Но лабиринт оказался не так прост. Магия перестроила его, изменив конфигурацию коридоров, так что стало совсем непонятно, где находится выход. Пилот мог вместо него выйти ко входу, даже не поняв, что лабиринт его дурит. Это был знак для Берсерка: прохождение могло быть аннулировано. Тогда он замер на месте, словно прислушиваясь к чему, или анализируя следующий ход.

И, кажется, ему удалось поймать ритм перемещения стен. Он рванул вперёд в тот момент, когда между ними появился просвет, нырнул в коридор, промчался по нему, остановился снова, дождался следующего сдвига. И так раз за разом, рывками, приближаясь к цели. Почти прорвавшись к выходу, Эрик увидел крутящийся в воздухе шар и метнул в него «ледяной топор». Магоформа угодила точно в цель, рассыпая мишень на мириады льдинок.

Зрители оценили ход и наградили своего любимца шквалом аплодисментов.

Не успев перевести дух, Эрик увидел поднимающееся гигантское колесо с лопастями из зачарованной стали. Лопасти вращались с такой скоростью, что превратились в размытый круг, способный разрезать броню на металлические ленты. За колесом, в конце арены, загорелась финальная мишень — огромный голографический дракон, который ещё и двигался по сложной траектории.

Трибуны ахнули. Берсерк разогнался до предела и прыгнул прямо на колесо. На плечах бронекостюма выросли шипы, которыми он зацепился за одну из лопастей, подбросившую Эрика вверх как из катапульты. Шипы тут же исчезли, а пилот на какую-то долю секунды использовал инерцию двигателя, чтобы перелететь на другую сторону колеса. И ещё в полёте обрушил на дракона целую очередь «водных» серпов. Часть из них ушла в «молоко», но остальные поразили мишень. Голограмма рассыпалась голубыми искрами и погасла. На экране застыли цифры. Арбитры сейчас оценивали выступление пилота не только по времени, но и по мастерству исполнения. Через минуту-другую табло показало окончательную цифру, которую должен был побить русский княжич.