— А для тебя это так важно? — отец слегка повернул голову в ее сторону. — Провести два боя, в лучшем случае, хватит и этого стадиона. Для командных выступлений Зарядье не подходит. Гостей будет очень много. Так что благодари меня за небольшую хитрость.

Мы подъехали к большой стене, опоясывающей большую территорию, и нырнули под массивную старую арку, возле которой застыл бронеавтомобиль с пулеметной турелью и расположившихся рядом с десятком вооруженных бойцов. По широкой асфальтированной дорожке доехали до высоченных решетчатых ворот, закрывающих вход на стадион. Туда мы и направились в сопровождении целой группы охранников.

В подтрибунном тоннеле резко пахло свежей краской, то и дело сновали рабочие в комбинезонах с ведрами и носилками, полными песка, цемента и мелкого щебня. Где-то наверху противно трещал перфоратор.

Ристалище, как называли место проведения будущих показательных выступлений, ничем не выделялось из череды традиционных стадионов: овальная чаша зрительских мест с тремя ярусами. Самый верхний остеклен по всему периметру — там явно будут сидеть важные гости и лениво посматривать на битву гладиаторов — тьфу ты! — пилотов «экзоскелетов», попивая винцо. Нижние ярусы предназначены для непритязательной публики. Беговых дорожек на ристалище не предусмотрено, зато было два выхода из подтрибунных помещений, напротив друг друга. Соперники, появляясь на поле, должны встречаться на самой середине гаревого покрытия.

Между осветительными вышками был протянут тонкий трос, на котором висела плоская камера с четырьмя глазками-линзами. Она периодически пролетала над полем с тихим жужжанием.

— Камера будет снимать поединки, — пояснил Мстиславский, заметив мой взгляд, устремленный вверх. — А потом продавать копии всем желающим.

— Коммерция, — кивнул я, и у цесаревича на губах появилась легкая улыбка. — Камера работает на магическом интеграторе?

— Конечно, — цесаревич показал жестом, чтобы мы поднимались по лестнице на верхний ярус. — Менее затратный процесс, чем обычная технологическая съемка.

— Как же тогда вы запишете бой с нашим участием? — я намекнул на свою способность разрушать любое магическое проявление.

— А его никто записывать не будет, — спокойно ответил наследник, и Лида с удивлением посмотрела на него. — Ты и так выведешь из строя технику. Зачем мы будем рисковать?

— Кроме этой камеры у зрителей будут личные фото- и видеокамеры, — резонно заметила княжна. — Кто помешает им записать бой с участием Разрушителя?

— Не забывай о силовых щитах, — снисходительно ответил Мстиславский. — Человеческий глаз сможет разглядеть, что происходит на поле, а вот магические артефакты записи и обычные рекордеры попадут под помехи защитных барьеров. Все предусмотрено.