— Раз уж мы заговорили о поездке, то хочу приоткрыть тебе небольшую тайну, — Иван Андреевич подобрался как зверь перед прыжком, голос его стал необычайно властным. — Тебе предстоит сыграть особую роль не на ристалище, а в политической игре. В Венеции есть влиятельный род Мочениго, Глава которого уже выходил на нас с предложением отдать Лидию замуж за его сына Пьетро. Года два назад такой вариант был приемлем, но произошли некоторые события, которые показали, что Мочениго как партнеры ведут себя несколько своеобразно. Проще говоря, пытаются сидеть на двух, а то и на трех стульях. Мы осознаем ситуацию, что по приезду Лидии в Венецию Пьетро попытается усилить давление на княжну, очаровать и охмурить ее со всей пылкостью итальянского темперамента. Твоя задача спровоцировать его на необдуманный поступок, который позволит нам официально заявить о расторжении всех ранних договоренностей.

— Но почему именно так, а не сразу объявить официальную линию Императорского Кабинета? — удивился я. — Зачем провокации?

— Потому что это политика высших сфер, — снисходительно пояснил старший Мстиславский. — Достаточно того, что ты услышал.

— То есть вы могли использовать меня вслепую? — уточнил я, сдерживаясь, чтобы не послать обоих самодержцев — нынешнего и будущего — куда-нибудь подальше. Но я же человек воспитанный, попозже что-нибудь придумаю.

— Могли, но не стали, — вмешался цесаревич. — Думаю, ты оценишь нашу позицию.

— Что вы от меня хотите, Ваше Величество? — все-таки я проявил невероятное нахальство, поняв, до какой степени мне позволено показывать зубы. — Не сейчас, а вообще? Какую роль вы отводите для Разрушителя?

Мстиславские переглянулись между собой, словно решая, нужно ли раскрывать передо мною карты или продолжить водить за нос. Благоразумие взяло верх, как мне кажется. За моей спиной все же маячила фигура отца, хоть и живущего за несколько тысяч километров от столицы. Здесь у нас не было хоть сколько-то значимых сил, и тем не менее, император вынужден считаться с Мамоновыми, а значит, и со мной.

— А хочешь ли ты знать правду, Андрей? — заговорил, как ни странно, цесаревич. — Не лучше ли оставаться в неведении и периодически получать от нас шикарные подарки?

— Не всегда это хорошо — быть в неведении, — я напрягся. Кажется, вопрос с усадьбой Ушатых решен. Отец оказался прав. Проси столько, сколько влезет в рот. А эта просьба оказалась столь мелочной для Мстиславских, что они готовы выполнить ее незамедлительно. Хоть сейчас получай ключи от входной двери. — Нет, я согласен, когда дело ограничивается одной-двумя акциями, но когда тебя постоянно используют втемную… Когда пропадает азарт, начинаются вопросы. А я не ваш Слуга, Ваше Высочество.