— А вы уверены, что сможете пробить защиту княжича? — нахмурился Эрик. Ему не нравилось легкомыслие друга, впрочем, как и Гадюке. — Я, как ни пытался, не смог понять, каким образом он ликвидирует всевозможные магоформы любого силового наполнения. Он их просто отшвыривает как ненужные игрушки.

— Да, я заметила то же самое и попросила Дага обратить на это внимание, — съябедничала девушка. — А он вместо анализа записей стал ко мне приставать.

— Согласись, это было куда приятнее, чем делать расклады по бою, в котором все решит отвага, удаль и риск нестандартных финтов, — усмехнулся Шершень.

— Будешь и дальше игнорировать мои просьбы, останешься без сладкого, — слишком откровенно произнесла Маг.

Эрик сделал вид, что ничего не слышал. Ему все стало ясно. Между Гильденхорнами и Паусами уже есть согласие о свадьбе, поэтому ребята открыто позиционируют свои отношения, зашедшие весьма далеко. Иначе бы Гадюка не ночевала в номере Дага. Скандинавская команда прибыла в Венецию без сопровождающих из высокородных семей, но с большим количеством охраны. Немудрено, что Гадюка и Шершень улучили момент, чтобы перевести свою страсть в плоскость более тесных отношений. Но хоть убей, Биргерссон не понимал выбора Мар. Может, она и не горела желанием выходить замуж за напарника, но вмешались старшие родовичи.

— Хорошо, малышка, сделаем как ты хочешь, — сдался Дагбьерт. — С самого начала боя переведем всю мощь наших атак на Магуса. Но не забывай о русской княжне. На тебе будет ее нейтрализация и одновременно же поддержка моих магоформ. Справишься?

— Еще как, — Мар усмехнулась и плотнее прижалась к напарнику. — Вот теперь ты умничка, не строишь из себя единственного и неповторимого стратега.

— Боюсь остаться без сладкого, — усмехнулся Даг.

— Ладно, голубки, я пошел, — Эрик понял, что он здесь сейчас лишний.

Выйдя из номера Дагбьерта, он почему-то с отчетливостью понял, что завтра победу одержит не эта парочка, а Мамонов с Великой княжной. Если уж парень сумел выжить и отбить настоящее боевое плетение, то самоуверенного Пауса он одолеет, пусть и не одной левой. Гадюка умеет портить кровь тем, кто сопротивляется ей и не вскидывает лапки кверху после двух минут боя. В одиночном бою она сильна, но не настолько, чтобы продержаться против русского уникума.

2

Если бы кто-то специально наблюдал за студенческим кампусом в ночное время, был бы заинтересован оживленной возней на узенькой улице, идущей параллельно лагуне, только с другой стороны. Небольшие арочные ворота в длинной кирпичной стене, давно не беленой и обшарпанной до безобразия, тихо распахнулись, выпуская несколько человек. Они тащили на носилках два ящика, и судя по коротким матеркам, весьма тяжелые. Свернув от ворот налево, таинственные носильщики, стараясь идти быстро, втянулись в узкое пространство между забором и стеной двухэтажного домика с цветочными клумбами под окнами. Изредка борта ящиков царапали о стены, осыпая с них известь, и идущий следом человек в темной одежде обзывал носильщиков олухами, грозя разными карами, если хоть одна живая душа, живущая на верхних этажах, увидит процессию, все они поедут за Урал пилить лобзиком кедры.