— Русские говорят: вилами на воде писано! — дерзко заявила Астрид. — У княжича есть девушка. Это дочка цесаревича Юрия. Я читала, что их свадьба станет залогом укрепления альянса. Видишь, не ты один умеешь находить информацию!

— Полигамию среди одарённых в России не отменили, — улыбка не сходила с лица короля. — Вполне вероятен вариант, что княжич Мамонов поведёт под венец сразу двух принцесс.

У Астрид снова заалели щёки.

— Не хочу делить будущего мужа с другой женщиной! — топнула она босой ногой.

Харальд рассмеялся, и уважительно поглядел на дочь. Потом опёрся руками на подлокотники кресла и упруго поднялся.

— В таком случае я не буду тебя торопить, — неожиданно для Астрид сказал он, привлёк к себе дочь, поцеловал в лоб. — Я люблю тебя, Снежная Кошка, и благодарю Одина за то, что дал мне шанс сказать это. Мне будет жаль расставаться со своей девочкой, когда она упорхнёт из родного гнезда, но неволить не буду. Не хочешь делить мужа с другими женщинами — что ж, вернёмся к варианту с Фредериком. Ладно, я пошёл. У меня скоро совещание с силовыми министрами. Надо решать вопрос с «Корсарами» окончательно и бесповоротно.

Харальд тяжело зашагал к выходу, но возле двери остановился. Лицо его стало хитрым.

— Я решил: если поймаю Тесака до твоей свадьбы, то принесу его в жертву богам.

Астрид только и смогла, что открыть рот от удивления. Король-отец умел удивлять, и порой — весьма жуткими идеями. Оставшись в одиночестве, она скрестила руки на груди и с нотками упрямства проговорила в пустоту:

— А ты, папуля, опять манипулировал мной! Знаешь же, что за Фредерика я не пойду! Но… если я соглашусь стать женой русского Антимага, мне нужно как-то налаживать отношения с принцессой Лидией. Интересно, как она отреагирует, когда я появлюсь на её личной страничке в Сетях?

4

Отдохнуть, как я мечтал, не получилось. Праздничный ужин в честь моего возвращения проводить в одиночестве не хотелось, поэтому пригласил Куана, Петровича, Эда, Виктора Олеговича и Гену Берга. Мы хорошо посидели, мужчины выпили по «несколько капель» беленькой, выслушали мой рассказ об освобождении заложников, посудачили насчёт будущего «Корсаров» и пришли к выводу, что Харальд так дело не оставит, и жить пиратам осталось совсем недолго.

Объевшийся и осоловевший от вкусной стряпни Оксаны, я поднялся в свои апартаменты, и тут же требовательно зазвонил телефон. Оказывается, обеспокоенный родитель желал поговорить со мной.

— Вернулся? — первым делом спросил он, как только услышал мой голос. — Жив-здоров?

— В полном порядке, — я развалился на диване и уставился в потолок. — Даже с медалью.