— Тогда разминка, — уверенно посоветовал я. — Кстати, как тебе ощущение Дара?

— Шикарно! — заулыбалась девушка. — Мир сразу по-другому ощущается. Это как слепому внезапно прозреть и увидеть все краски природы. Настолько неожиданно и прекрасно!

— Надеюсь, тебе «Воду» поставили?

— Да, представляешь! — Нина приподнялась, опершись на локоть. — Когда маги из Коллегии стали проводить инициацию, формируя мне ядро с сеткой энергетических каналов, и попытались напитать его «Огнём», Источник взбунтовался. Мне сразу плохо стало. Все перепугались, стали звонить Брюсу.

— Я же давал рекомендацию! — возмутился я.

— Александр Яковлевич извинился перед папой и приказал инициировать меня на «Воду». Потом всё сразу пошло как по маслу, — рука Нины успокаивающе легла на мою ладонь.

— Вот же упрямый старик, — я почувствовал раздражение. Ведь знал же Брюс, что девушке надо ставить «водную» Стихию, но решил сделать по-своему. А вдруг самоуверенный антимаг ошибся? Ага, фигу вам! — А что отец? Почему не настоял?

— Он говорил им, чтобы не экспериментировали! — воскликнула Нина. — Да разве маги когда кого слушали? Коллегия утвердила рекомендацию, Полухин подписал.

— Полухин? — я вскинулся. — Так это его зам начудил? Аскольд Иванович же умный мужик, что за самовольство?

— Я не знаю, — пожала плечами Захарьина и села, обхватив колени руками. — Не наше дело влезать в дела Коллегии.

— Ладно. Главное, ты себя хорошо чувствуешь, а значит, Дар начал развиваться. С Данькой всё нормально? А то молчит с загадочным видом.

— Он теперь «огневик», элита, — фыркнула Нина. — Как и мама с папой. Только я, как гадкий утёнок в лебединой стае.

— Сожалеешь?

— Да ты что? — Нина поглядела на меня выразительными глазами. — Да я теперь хоть чем-то отличаюсь от брата! А то всё едино, как по шаблону!

— Поэтому и решила шестом заняться, байк освоить?

— Да, — тряхнула она головой, отчего «конский хвост» метнулся из стороны в сторону. — Даньке, кстати, не понравилось на «палках» драться. Сам признался.

— Понял я давно, — усмехнулся в ответ, и придвинувшись к Нине, обхватил её за талию, прижал к себе. И зашептал в ухо: — Главное, будь сама собой, занимайся тем, что тебе нравится, и никого не слушай.

— Но я хочу быть достойной своего будущего мужа, — смело взглянула в мои глаза боярышня. — А не просто домашней курицей, квохчущей над детьми.

— Откуда ты знаешь, каким будет твой муж? — я сдержался, не стал смеяться. Ведь обидится. Но улыбку изобразил. — Может, попадётся ленивый, толстобрюхий, но богатый?

— Я хочу, чтобы это был ты, а не богатый толстяк, — буркнула Нина и стремительно покраснела. — Я готова стать твоей женой на любых условиях, пусть даже и проживая отдельно от старших супружниц.