Когда вернулся, Арина сидела в кресле и листала книгу по медитативным практикам, которую я как-то приобрёл на книжном развале на Ходынке. Так, по случаю. Стало интересно, как рекомендации автора расходятся с идеями профессора Чжан Юна.

— Привет, красавица! — я непроизвольно поморщился, дёрнувшись к девушке.

Та вскочила с испугом и бросилась навстречу.

— Что с тобой? Тебя всего перекосило!

Мои руки обхватили талию Арины и прижали девушку к себе. Та лишь ойкнула, когда я поцеловал её в губы, потом улыбнулась и ответила довольно пылко.

— Я уже начал скучать без тебя, — признался я, доковыляв до кресла.

— И я тоже, — княжна села на подлокотник рядом со мной и взъерошила волосы на макушке. — Мама смеётся, что есть только один способ избавиться от тягостного ожидания встреч. Пожениться и жить под одной крышей. Правда, появляется риск быстро надоесть друг другу.

— Мама у тебя мудрая женщина, — киваю в ответ. — Но я пока тебе даже предложения не делал.

— Я тебя не тороплю, — улыбнулась девушка. — Сам решишь, когда этот момент наступит. Лучше расскажи, почему ты наперекосяк ходишь? Упал или ударился?

— Куану вчера сдавал экзамены на право обучать шестовому бою учеников, — я ухмыльнулся. — Знаешь, такую жестокую аттестацию мне не приходилось ещё проходить.

— И как успехи?

— Можешь поздравить, перед тобой сидит новый наставник.

— Поздравляю! — наклонившись, Арина чмокнула меня в щеку. — А ученики уже есть?

— Нина Захарьина, — признался я.

— О! — задумчиво прикусила нижнюю губу Голицына. — Такая целеустремлённость достойна уважения.

— Какая целеустремлённость? — не понял я.

— Только вот не делай вид, что не в курсе! Нина очень хочет стать твоей женой. У неё в глазах это написано. И к своей цели Захарьина идёт, не считаясь ни с чьим мнением. Учти, Лида негативно к этому относится. Кажется, она сильно ревнует. Правда, причину такой боязни я понять не могу. Слишком разные весовые категории… Ой, ладно, не буду тебя загружать проблемами, не стоящими выеденного яйца. Я с серьёзным разговором приехала. К нам в гости намедни заглядывал князь Оболенский. Не сам Глава, а его сын — Владимир Артемьевич, — Арина вздохнула. — В результате этого визита мне пришлось раскрыть родителям тайну своих финансовых поступлений на личный счёт. Папа сильно расстроился, когда я рассказала о «Железной Лиге» и о своей игре на ставках. Пришлось обоих убеждать, что я обязательно прекращу заниматься неблаговидными делами, как только начну работать в «Бастионе».

— Так и будет, — пообещал я, крепче прижав к себе девушку. — Надо с «Лигой» завязывать.