— Цену набивает, шельма, — ухмыльнулся старший Оболенский. — Но так даже лучше. Я бы расстроился, если бы этот вояка с самого начала стал показывать уступчивость. Ладно, в два, так в два. Всё-таки собираемся всерьёз сцепиться с будущим детищем альянса кланов императора и «золотого тойона». Чем быстрее найдём решение по линейным двигателям, тем больше сливок снимем.

2

Телескопический шест в моих руках совершил несколько оборотов и замер, потрескивая от влитой в него энергии ядра. Полюбовавшись на свечение, похоже на огни Эльма, я нанёс один за другим несколько ударов по макиваре, точнее, по точкам, отмеченным красной краской. Тычок в шею, в плечо, в грудь — перехват шеста и мгновенная атака всей плоскостью по рёбрам справа и слева. Раз-два, раз-два! Макивара покряхтывает и раскачивается во все стороны, но стоически держится, не падает.

Отскакиваю назад и провожу вращение, потом подбрасываю его с переворотом в воздухе, делаю кувырок и ловлю его почти у земли в растяжке. Отличный шест, сбалансированный, оттого и не ощущается тяжесть. Но руки уже устали. Почти два часа верчу-кручу, отрабатываю защитный и атакующий комплексы, состоящие из четырёх базовых движений. Майка взмокла, от меня парит, как от термального источника.

Энергетические токи Алтаря гармонично накладываются на аурную сетку и укрепляют её с одновременной подпиткой ядра. Мои движения плавные, отточенные — хоть на соревнования по у-шу заявляйся. Думаю, не затеряюсь среди мастеров шестового боя. Куан присутствует только на тренировках рукопашного боя с одновременным применением ментальных техник. Вот здесь он выжимает из меня всё, до последней капли пота. Я чувствую, как повышается уровень занятий, до ломоты в мышцах и бегающих чёрных точек в глазах. Поэтому с шестом я отдыхаю и наслаждаюсь. Никто мне не мешает.

Заканчиваю тренировку, с щелчком складываю шест и уважительно кланяюсь макиваре, выдержавшей мои удары.

— Я восхищён вашим упорством и стойкостью, Кента[1]-сан! — проговорил я, вглядываясь в безликое лицо тренировочного снаряда, чем-то напоминающего человека с короткими руками, у которого вместо ног торчал гибкий шест. — Буду рад продолжить с вами занятия.

С удовольствием расправляю плечи и неторопливо бегу к дому. Уже окончательно стемнело, уличные фонари приятно подсвечивают дорожку, холодный ветерок шевелит ветки голых кустарников, откуда со стороны мастерской слышится щенячье повизгивание и смех Ворона. Да, у нас появились три щенка немецкой овчарки, за которыми в питомник ездили Петрович и Рахимбек. С ними уже занимается кинолог, которого мы там же и законтрактовали на то время, пока будет идти дрессировка. Быстро построили тёплый вольер. Места хватает, поэтому жилище для щенков получилось просторным.