— Странно, — промычал я и почувствовал насколько чужеродно здесь звучит моя речь. — В тот раз мне удалось прикоснуться к монолиту. А может…

Я схватился за дверь левой рукой. И, о чудо! Пальцы ощутили холодную шершавую поверхность. Мне удалось отворить дверь, и я проскользнул в коридор. Тут же увидел загорелого мускулистого туземца лет тридцати. Он с факелом в руке удалялся во тьму.

Конечно же, я двинулся за ним. А что ещё делать?

Он не замечал меня. Топал и топал вперёд. Совершил несколько поворотов, преодолел пару лестниц и застыл на перекрёстке. По ощущениям, мы уже спустились куда-то в подвал. И туземец вполне мог заблудиться, но меня данный факт не особо пугал. Я ведь понимал, что, проснувшись, окажусь в кровати с Адрианой.

Между тем туземец что-то проговорил на рычащем языке, кивнул лохматой головой и выбрал-таки направление. Мне снова пришлось немного пройти. И в итоге мы оказались перед железной облупившейся дверь. Краска почти слезла с поверхности, а на ней, кажется углем, были выведены какие-то символы.

Туземец уверенно кулаком постучал в дверь. И спустя несколько секунд за ней что-то зашуршало, а потом дверь отворилась. Я из темноты увидел почти такого же туземца с факелом в руках. Они обменялись приветственными кивками, а затем мой невольный провожатый вошёл в большое овальное помещение. А я при всём желании не смог бы прошмыгнуть в него незамеченным. Поэтому второй туземец спокойно закрыл дверь, а уже после этого я метнулся к ней и решил провести эксперимент. Раз моя правая рука прошла через другую дверь, то почему бы не попробовать пройти сквозь эту дверь?

Приблизил лицо к дверному полотну и, действительно, прошёл сквозь него, словно призрак. Притом, прошёл почти полностью. Только моё левое запястье отказалось проделывать такой манёвр. Оно осталось по ту сторону двери. Я всё так же хорошо чувствовал его, но уже не видел. Из двери выступала только левая рука. Она будто росла из неё. Из-за этого мне пришлось остаться возле двери, так как я мог отойти от неё лишь на расстояние руки. Но мне и отсюда открывался замечательный вид на зал, заставленный самодельными крепкими клетками с истощёнными нетопырями. Туземцы сумели наловить штук тридцать существ.

Помимо клеток тут обнаружилась жаровня, в которой плясало пламя. Живой, трепещущий свет не достигал меня, посему мне не стоило бояться разоблачения.

Вокруг жаровни собралось трое мужчин, включая того, который послужил мне проводником. И они о чём-то принялись живо разговаривать, активно размахивая руками и тыча в сторону нетопырей. А те не обращали на них никакого внимания, находясь в странном, заторможенном состоянии. Похоже, их накачали какой-то дрянью, вроде стряпни Вероники.