— Может он и хотел так сделать. Ты же слышал, Виктор, что юная маркиза сбежала от людей, коих считала близкими. Вероятно, это очередные предатели, — выдал Люпен не лишённую логики теория. — Эти люди должны были вывести маркизу из города, но решили, что лучше её доставить Императору или Ройтбургам в качестве откупа. Дескать, берите маркизу, а нас извольте не трогать. А может быть, они и с самого начала работали против Меццо. Кто его знает?
— Здравая мысль, — оценил я ход мыслей барона.
Он первым выскочил из дома, едва не потеряв котелок, а затем уселся в рычащую мотором машину, которая практически касалась днищем брусчатки. Да-а-а, знатно мы её нагрузили. Я прыгнул на заднее сиденье. И автомобиль сразу сорвался с места.
— Марк, маршрут меняется, — оповестил его Люпен. — Сперва едем на перекрёсток улиц Больших Печников и Набережной Питки.
— Хорошо, ваша милость, — кивнул некромант.
— Кто там у вас, господин барон? Любовница? — весело произнесла Вероника. — Хотите с ней попрощаться?
— Нет. Там юная маркиза Меццо. Мы должны ей помочь, — отрубил аристократ.
Глаза магички полезли на лоб, рот перекосился, смуглая кожа посерела, а из горла вылетело какое-то клокотание. Глядя на неё, Эдуард постарался максимально вжаться в дверь и даже изобразил заискивающую улыбку. Я, на всякий случай, повторил его манёвр. Но мне не помог этот финт ушами…
Горящие огнём глаза Вероники пронзили меня точно боевой лазер, а потом она прошипела, словно разъярённая кошка:
— Это всё ты!
— Богом клянусь, не я! Выслушай меня! Выслушай! И убери когти от моего лица! Я сейчас тебе всё расскажу. Маркиза только что телефонировала…
Я торопливо поведал пышущей злостью девушке о звонке Меццо, нашем с ней диалоге и решении барона. И Вероника обрушила свой гнев на учителя. А я облегчённо выдохнул. Пронесло.
Глава 13
Глава 13. Помощь.
Магичка не сумела переубедить Люпена. Тот стоял, как усатая скала. И даже крики не помогли ей выиграть этот спор. Барон отказался менять свою позицию, поэтому Марк продолжал гнать машину в сторону перекрёстка Больших Печников и Набережной Питки.
Автомобиль мчался сквозь туман, который всё больше бледнел. Уличные фонари уже погасли, а серое, промозглое, ужасно раннее утро вот-вот постучится в окна горожан.
Людей на улицах, как и машин, не было, поэтому мы быстро домчались до перекрёстка. А уже тут я увидел чёрный лимузин, в который двое мужчин пытались запихать отчаянно вопящую маркизу. Её крики больно били по ушам и вызывали корчи моих барабанных перепонок. Однако я чуть ли не на ходу шустро выскочил из машины и сразу же стал стрелять.