Веронике не нужно было ни от кого таить свою магию — законы Гардарики позволяли зарегистрированным магам использовать свою силу в черте города. А Вероника, к счастью, имела и документ мага, и значок с буквой «М».

Вскоре девушка выдала финальный пасс и выбросила перед собой ладони. От них тотчас отделилась энергия голубого цвета. Она быстро свернулась в плоский овал, высотой в два метра и шириной — в метр.

Вот это, собственно, и есть портал. Он напоминал зеркальную гладь, по которой каждую секунду пробегала рябь.

Вероника поманила меня пальцем и исчезла в своём нуль-переходе. А я послушно последовал за ней и уже спустя миг очутился перед ступенями парадного входа особняка Люпена. Тотчас на нас обрушились упругие струи дождя. И мы поспешили скрыться в доме, практически не успев намокнуть.

О нашем приходе возвестил тренькнувший звоночек, закреплённый на входной двери. В холле мигом появился дворецкий. Он увидел нас и сообщил суконным голосом:

— Виктор, Вероника, ужин уже на столе.

— Спасибо, Владислав, — за нас обоих благодарно сказала девушка, подхватила меня под руку и пошла по коридору в сторону столовой. — Надеюсь, сегодня на десерт будет черничный пирог. Ум-м-м…

— Да, не плохо было бы, — мечтательно поддакнул я и спустя несколько метров толкнул белые двустворчатые двери, украшенные золотистым орнаментом.

Рука об руку с Вероникой мы вошли в длинную столовую с громадным камином, в котором жарко полыхал огонь. Его отблески отражались от здоровенного металлического герба рода Люпенов. Он висел над камином и на нём был изображён расправивший крылья грифон.

А сам Артур Люпен обнаружился во главе десятиметрового стола. Барон нехотя ковырял вилкой в тарелке и переговаривался с субтильным пареньком в чёрной рубашке. Тот притулился на резном стуле в паре метров от Люпена и напоминал несвежего костлявого мертвеца. Под его круглыми, темно-карими глазами залегла густая синева. Бледная кожа натянулась на скулах треугольного лица. Острый нос легко мог заменить шило. А тонкогубый рот всё время кривился в угодливой улыбке.

Глядя на него, Вероника с весёлой ехидцей прошептала:

— А волосы Эдуарда всё больше и больше ненавидят его. Они уже покинули половину его головы.

— Ага, — поддакнул я и усмехнулся.

У парня и правда имелась шикарная плешка, обрамленная тонкими, бледно-серыми волосами, закрывающими уши. Хотя он был ещё очень молод. Всего на год старше меня.

— А ежели сильно не присматриваться, то издалека Эдуарда легко можно перепутать с крысой, — продолжила глумиться магичка, двинувшись к столу. — У него даже ручки напоминают проворные крысиные лапки. Хвать с блюда пирожное и поспешно в рот его. А там крупные зубы, которые уже четвёртый год с лёгкостью грызут гранит науки, чем весьма радуют учителя. Ты знаешь, что он на той неделе выделил Эдуарду в подвале закуток для изысканий в области присущей ему магии тьмы? И теперь Люпен постоянно интересуется его успехами.