Егор нервно усмехнулся, косясь на экран.

— Шутишь? Отец еще вчера заявил, что вернется в армию. Кому он там нужен, трухлявая колода? Тоже мне, воин!

— Я иду, — сипло ответила Софья и убрала ингалятор в сумочку. От ее вчерашнего шарма и обаяния не осталось и следа, староста была серьезна и решительна.

— Еще один инвалид-самоубийца, — Кирсанов снова издал смешок. — Ты в бою-то была хоть раз? Там за тобой с ингалятором никто бегать не…

— Была, — она решительно глянула на Егора. — Дважды. Красные зоны, Кирсанов. А ты был хоть раз, болтун?

— А, я… — Егор замялся, краснея. — С моим атрибутом и силами это и не нужно! Уж пару шведов я точно завалю без труда, и вообще я проходил боевую подготовку!

— Проходил он, — фыркнула Софья. — Ярослав, а ты?

— Посмотрим, — я оглянулся. К двери шли десятка два военных с альва-планшетам и коробками с документами.

— А что с расписанием? — донеслось из толпы. На экране одна за другой исчезали строчки с парами в первой половине дня.

— Похоже, занятий не будет, — усмехнулся я. — Рекрутеры идут, записывать добровольцев. Спорим на сто тысяч, Кирсанов, что от них отбоя не будет?

— Э не, Яр, тут я на твоей стороне, — ухмыльнулся он. — А вот на то, что они не призовут нашу старосту, готов поставить триста.

— По рукам, — я подмигнул Софье. — Боярышня, на выигрыш сниму для вас ресторан, если вы придете в том же платье.

— Да идите вы, оба… — фыркнула она, бледнея. — Все марш в аудиторию! Здесь нас все равно записывать никто не будет.

Софья оказалась права, как обычно. Вместо звонка ректор объявил о сборе каждой группы в своих аудиториях для опроса и работы рекрутеров. А через двадцать минут, когда мы расселись по привычным местам, даром что сидели все как на иголках, в аудиторию вошли сразу трое.

— Ох, Всеотец! — шепнула Софья, светлая лицом. — Я и забыла, что у нас первой парой должен быть он!

Первым зашел Потёмкин, как всегда аккуратный и импозантный. С улыбкой глянув на студентов, он прошел к кафедре. За ним зашли опричник в сером плаще и суровый, седой дядька с морщинистым обветренным лицом, в потасканной армейской куртке и с погонами майора. Под мышкой — папка с документами. Наверняка анкеты для зачисления в Российскую Императорскую Армию.

И пока военные ставили себе столы и готовили всё для приема, Потёмкин обрисовал в двух словах картину.

— Итак, господа и дамы. Как вы уже знаете, Императорской Армии нужны смелые и способные маги, — он с ухмылкой скользнул по нам взглядом. — Университет поддерживает эту инициативу. Смею вас заверить, те из вас, кто запишется добровольцем, не только получит все полагающиеся почести и довольствие, но и на всё время службы будет освобождён от сдачи зачётов с сохранением вашего места в университете. И от себя добавлю, каждый из добровольцев приглашается мной лично на кафедру кодексов с первым бесплатным годом обучения.